— Что там происходит, сэр Алан? — поинтересовался бесшумно подошедший Кас Корзуна.
— Ничего особенного. Вашего брата вызывают на дуэль.
— Не завидую этому хлыщу, — усмехнулся кентурион, — Братец бьется на равных с Зимом. Или мне стоит вмешаться?
— Да нет, пожалуй, не стоит, — задумчиво проговорил первый советник, — Парню надо завоевывать репутацию.
— А что там за повод для поединка?
— Таши собралась показать сэру Каа новые имладонские ковры, — хмыкнул Лавора.
— Надо же, как брату повезло…
Ссора меж тем достигла своего логического завершения. На очередной фразе сэра Октина терпение Кааха закончилось, и тот бросил какую-то резкую и отрывистую фразу. Настала очередь Валетта побагроветь. Судорожно сдернув с руки перчатку, он с яростью бросил ее в лицо дракону.
Зал замер — за ссорой все наблюдали давно и пристально, хотя виду старались не показывать.
Каах вздохнул, огляделся, и громко произнес:
— Кас, мне нужен секундант.
— Ничем не могу помочь, Каа, — отозвался старший Корзуна и развел руками, — Братьям никак невозможно. Впрочем… Сэр Алан, окажите честь моему брату.
— Со всем моим… — начал было Лавора, но был прерван сэром Даином.
— Позвольте мне, благородный Корзуна. А секундантом сэра Октина, — Понера поднял перчатку и небрежно помахал ей, — пускай побудет сэр Рихар. Мы лица незаинтересованные, все будет честно и благородно. Что скажете, господа?
— Не возражаю, — буркнул Валетта, а Каах кивнул в знак своего согласия. Тимману пожал плечами и отвел Понера в сторону, дабы обсудить условия предстоящего поединка.
Братья Корзуна собрались вшестером в одном из углов и стали что-то горячее обсуждать. Первый советник вновь остался в одиночестве, и вновь ненадолго.
— Дуэль, — произнесла леди Катарина Нархи, невысокая и миловидная фрейлина герцогини, подходя к сэру Алану, — Как это романтично. Вы не находите, благородный Лавора?
— Вполне, — тот вежливо поклонился, мысленно обозвав фрейлину набитой дурой.
— А вы? Часто деретесь из-за нас, женщин? — Катарина обольстительно улыбнулась.
— Я миролюбив, не ревнив и не женат, — советник улыбнулся в ответ и выругался про себя. Благодаря Генкору он знал, что леди Нархи являлась глубоко законспирированным агентом барона Тайра, и внезапно проявленный интерес с ее стороны мог означать что угодно, но исключительно плохое.
— Лучше скажи: труслив, глумлив и похотлив, — Массена, как всегда, подкрался незаметно.
— Тревор, как давно ты начал судить об окружающих по себе? — вздохнул Лавора, вступая с шутом в перепалку. Это не делало ему чести, но давало возможность не разговаривать с Катариной.
Советник и дурак герцога обменялись несколькими колкостями, но тут в их разговор вмешался коронал.
— Тревор, отстань от благородного Лаворы, — произнес он, подойдя, — Иди вон лучше на бароне Насу потренируйся. Сэр Алан, — Вард Легор взял советника под руку и отвел в сторону, не обращая внимания на обиженно-недоуменный взгляд маменькиной фрейлины, — мне скучно. Многим скучно. Давайте дадим благородному обществу развеяться?
— Каким образом, Ваша Светлость? — удивился, причем вполне искренне, Лавора.
— Поединки в черте Айко запрещены, — вздохнул коронал, — Глупый эдикт, но эдикт… Давайте притворимся, что нас тут нет? И братьев Корзуна тоже нет. Тогда Валетта и младший Корзуна смогут выяснить свои отношения прямо тут, в саду леди Дихано, и некому будет их остановить и, тем более, арестовать.
— Что ж, — сэр Алан улыбнулся, — Определенно не вижу причин, отчего бы нам так не поступить. Мы с вами отойдем в сторону, чтобы, положим, поспорить о цветах ландыша.
— Ландыш уже отцвел, — хмыкнул Вард Легор.
— Тем более! — с воодушевлением произнес Лавора.
* * *Место предстоящего поединка окружили факелами.
Во дворе особняка Таши была площадка, специально, казалось, созданная для дуэлей. Не слишком просторная (четыре на четыре метра), но и не маленькая, мощенная булыжником, на котором трудно поскользнуться, но с которого так легко и быстро отмываются кровавые пятна. С четырех сторон к площадке подходили широкие тропы, кругом благоухали цветочными ароматами клумбы — красивое место, чтобы убивать или умирать. Эстетические чувства зрителей были вполне удовлетворены.
Советник и коронал, завернутые в глухие плащи с капюшонами, стояли в первых рядах, рядом с облаченными таким же образом братьями Корзуна. Приличия были соблюдены, теперь оставалось получить удовольствие от кровавого зрелища.
Бойцы и секунданты стояли в центре площадки — Понера и Тимману сверяли длину клинков, в то время как Каах и Валетта разминались.