— Вы должны простить его. Он был хорошим человеком. Он просто обезумел, когда похитили нашу дочь.
— Не думаю, что ему нужно мое прощение. А если и нужно, то гораздо важнее, чтобы его простили те, кто стал жертвой его безумства, те, кто потерял свои дома, все свое имущество, своих родных и близких. Но если вам станет легче от моих слов, то я его прощаю. А теперь давайте спать. Кавайка, часового можно не ставить. У нас есть доброволец на всю ночь.
8
Ночь прошла без происшествий, ну или все так вымотались, что ничего не слышали. Проснулся Иван довольно поздно для себя, но остальные еще спали. Стараясь никого не разбудить, прихватил автомат и первым делом выглянул в окно тента. Тумай сидел на своем месте в луже собственных нечистот и безмолвно с ужасом смотрел куда-то вперед. Что его напугало, с этой позиции было не разглядеть. Но явно не кролик. Так что Забелин тихонько закинул автомат за спину и прихватил ружье. Вспомнив вчерашний конфуз, проверил снаряженность обоймы, и только после этого аккуратно выглянул наружу, приподняв тент с заднего борта.
Прямо напротив сутенера, отделенная от него только догорающим костром, сидела какая-то жуткая тварь, размером с человека, но больше похожая на дикую помесь жабы и ящерицы. И похоже, что она готовилась к прыжку, приподняв хвост и напружинив мощные задние лапы.
Иван тщательно прицелился и трижды подряд выстрелил, стараясь попасть в сочленение массивной зубастой башки и позвоночника. Вроде попал. Тварь резко взвилась вверх и вперед, упав примерно в метре от ног пленника. Тело продолжало судорожно дергаться, а голова щелкать зубами в попытке дотянуться до жертвы, но тщетно. Перебитый позвоночник не позволял твари согласовать усилия мышц и добиться заветной цели. Вместо эффектной атаки с разрыванием жертвы на куски тело просто судорожно билось в пыли.
От выстрелов все естественно проснулись, испугано озираясь в полумраке кузова и пытаясь осознать, где находятся и что случилось. И только Кавайка первым делом схватила оружие и, щелкнув предохранителем, заняла позицию рядом с Забелиным.
— Уже все в порядке. К нам приходила в гости злая ящерка, но уже все хорошо! Кавайка, глянь, пожалуйста, как там наш караульный, а я на крышу, гляну, нет ли поблизости других гостей.
Других гостей не было, зато вдалеке на северо-востоке виднелись заброшенные здания города предтеч, а буквально в паре километров восточнее было видно то самое древнее шоссе, на котором он догнал Тумайя.
— Что за чертовщина? Мы что, по кругу ездили?
— Иван, похоже, кончился твой пленник. Сердечко не выдержало.
— Ой, Хиван! Ты убил джигджера?[26] — вылезла из кузова потягивающаяся Радка. — Чур, я себе зубы заберу на браслеты! Ты же поможешь мне их вытащить?
— Ты лучше Мишу попроси. Он дипломированный стоматолог, пусть практикуется.
Миша тоже уже выбрался из кузова и теперь пытался побольнее ущипнуть себя за ногу.
— Не старайся, не поможет. Иди лучше помоги девушке. Видишь, она браслетики новые хочет! — Иван слез на землю и проверил у Тумайя пульс.
— Значит, это был не сон? И я вчера действительно убил трех человек! — Микаэля опять начало мутить.
— Миша, некогда самоедством заниматься. В этом Мире, если не хочешь кончить как этот бандит, нужно очень быстро шевелиться. Вперед, сделай девушке приятное, вырви у ящерки зубки! — Иван подтолкнул парня в сторону наконец затихшего гоблина. — Так. У вас три минуты на приведения себя в порядок, пока наш стоматолог проводит операцию без наркоза! После чего Степан помогает мне избавиться от этой падали, а Стефан с Радкой готовят завтрак. Кавайка на карауле. Всё, не спим, шевелимся. Тут до Хавадле рукой подать. Быстро завтракаем и отвозим гостей домой.
Иван перевел дух и огляделся. Что-то последнее время он стал непривычно разговорчивым и командирский голос прорезался. Интересно это профессиональная деформация или просто нервное?
Все послушно занялись порученным делом, а скандинавки вызвались добровольцами на сервировку стола. После того как у гоблина вырвали мелкие, но очень острые и зазубренные по краю зубы, его тушу вместе с трупом сутенера привязали к джипу и волоком утащили за пару километров в глубь степи. А лужу крови густо присыпали золой от костра, чтобы заглушить запах и не приманивать новых хищников. Но лагерь пришлось все же немного перебазировать, чтобы, во-первых, убраться подальше от древнего города с его неприятными обитателями. Во-вторых, не стоило стоять вот так, открыто возле дороги, мало ли кто по ней поедет. А в-третьих, воняло на старом месте безбожно, так что кусок в горло не лез.