В обед перекусили в небольшом романском трактирчике со звучным названием «Попина деликате Кибо». Если отвлечься от использованных в интерьере современных материалов, то заведение очень напоминало трактир в какой-нибудь фэнтезийной компьютерной бродилке. Те же массивные столы, широкая барная стойка, полки с бутылками и кувшинами, свисающие пучки ароматных трав, кольца колбас, цельные копченые окорока, вяленая и копченая рыба… Иван невольно огляделся в поисках доски с объявлениями о побочных квестах. Или здесь принято брать задания у бармена? А вообще довольно уютно, очень милый декор в римском стиле: амфоры, расписные тарелки, шлем центуриона. Вообще складывалось впечатление, что весь общепит в городе находился в руках романцев. Да и самих потомков Ромула в городе было довольно много, более того, встречались и явные метисы. А хозяйка заведения, похоже, и вовсе была квартеронкой. Очень колоритная особа: дородная матрона средних лет со смуглой кожей, смоляными кудрями и припухлыми губами, но при этом с классическим римским профилем и усиками над верхней губой. Она как раз принесла заказанное пряное охлажденное вино со свежими фруктами, орехами и сырными шариками в меду.
— Не желает ли почтенный гар-мадоу еще чего-нибудь? Может быть, желаете отдохнуть после обеда? Есть комната с кондиционером и роскошным ложем. Могу также предложить массаж, девушку или юношу.
— Спасибо, думар[44], этого достаточно! — не удержавшись, поинтересовался: — О чем говорят сегодня в городе?
— Новостей хватает! Все обсуждают нападение на Гиси. Проклятые алеманы вырезали там почти всех женщин и детей, а мужчин забрали в рабство! Неслыханная жестокость! Но наш эмир, вместо того чтобы наказать нечестивцев, заключил с ними позорный мир! Говорят, что во время гурти прямо из священного огня появился новый аяанле Хиван — Анбашо дар[45], белый как облако и огромный как слон, с молнией в руке! Это он заставил Дилагу отказаться от войны, сказал, что это наказание нам за грехи наши. А теперь он заберет всех рабов йурубов и принесет их в жертву грозному Ээбе! — Довольная произведенным эффектом, хозяйка наклонилась к гостям и зловещим шепотом поделилась секретом Полишинеля: — Говорят, что некоторые рабы скинулись и в складчину наняли человека, чтобы убить Хивана и освободить рабов, приготовленных к жертвоприношению. Тот ночью прокрался в загородный дворец, где обосновался аяанле, но посланник грозного Ээбе сделался невидимым и сам со спины напал на убийцу. Аслан еле спасся!
Похоже, разработчики игр не врали, хозяйки таверн — неисчерпаемый источник сплетен. Вот и личность несостоявшегося киллера прояснилась. Аслан значит, что ж учтем. С трудом сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, Иван постарался перевести разговор на менее личную тему.
— А не слышала ли почтенная думар что-нибудь о людях, ушедших из Гиси вместе с убаром Гаибой?
— Конечно! Говорят, он сражался как лев и лично убил не одну сотню северных варваров, но и сам получил множество ран! Его, уже бесчувственного, горстка уцелевших на руках унесла прямо к Вратам, чтобы похоронить героя на Родине в Долине Царей. Он ведь прямой потомок в сорок седьмом поколении самого Великого эмира Гесиги.
— Прости чужестранцу его невежество, но о каких Вратах ты говоришь?
— Подземные Врата в койсе Шабель, через которые все мы бежали в этот мир, спасаясь от ужасов Тьмы. Ты, видать, из тех, кто попал в наш мир через земляную яму, раз не знаешь элементарных вещей. Ты, наверное, приехал из Бартер-Тауна, торговец?
— Я? — Иван на секунду задумался, врать не хотелось, но и правда тут будет не совсем уместна. — Я из Новороссийска, это еще дальше на запад. Так получается, что через ваши Врата можно вернуться назад, в ваш старый Мир?
— Конечно! Там же остались и Стража врат, и воины Последнего легиона, и пастыри, и Священный круг!
— Со стражами и легионом понятно. А что за пастыри такие?
— Это поклонники Пана[46]. Они спасают оставшихся людей, свитки и древние реликвии, а потом переправляют их сюда. А мы в обмен даем им пищу, энергию и оружие.
— А как работают эти Врата?
— Чего не знаю, того не знаю! Я думар, а не калу.
— Ну а как ты сюда попала? Расскажи о себе, — вмешалась в разговор Радка.
— Я попала сюда полторы дюжины лет назад. До того, как случилась эпидемия, моя семья жила близ Гермополя, у нас были огромные виноградники и своя винодельня. И семья была большая, но в живых остались только я со старшим братом. Когда пришла Тьма и ее твари, мы бежали на юг, так как говорили, что в Абиссинских горах все чисто. Это оказалось ложью. Мы долго скитались, обходя пятна тьмы и питаясь на брошенных полях и в садах. Однажды брат погиб в пасти какого-то монстра из Тартара, и я осталась совсем одна. Жила как крыса, пряталась и от людей и от тварей, но мне все же повезло, на меня наткнулся отряд пастырей. Они отвели меня и еще два десятка таких же несчастных на плато Сымен к Вратам. Когда нас собралась дюжина дюжин, нас отвели в очень глубокую темную пещеру, где уже стояли три священника, а у их ног сидели связанные рабы в странной одежде, подобной той, что надета на тебе. Мы очень плотно набились в пещеру, а потом пастыри ушли и унесли с собой свет, и когда последний лучик света растаял за поворотом, то запахло кровью. Потом стало холодно, как будто рядом прошла тварь Тьмы, а затем все как при трясуне. Вышли мы уже в этом Мире.