— А, объявился! Слышала, что ты в посольстве. Давай бегом на перевязку!
— Уже все и так зажило! Я по другому поводу. Мне нужен хороший хавийский резчик по когтю раптора.
— Хочешь еще один нож?
— Нет, мне подарок нужен, девочке трех лет, я хочу ей куклу подарить. Такую, как те, которыми в Сабти девчонки играют. Только голову кукле я хочу заказать резную, из когтя раптора.
— Интересная идея. Я поспрашиваю, кто возьмется.
— Только это… Кукла уже завтра утром должна быть у меня. Заплачу, сколько скажут, но нужно срочно!
— Эх, молодежь! Куда вы все спешите? У вас еще вся жизнь впереди, а вы так несетесь, будто уже завтра за вами Хуур прилетит. Ладно, попробую помочь твоему горю, Иван-царевич.
Не успел Забелин положить трубку, как приехал Юджин.
— Привет, Иван. Ты на день рождения Светланы приглашен? — Пикетт с ходу перешел к делу. — Отлично, и будет еще лучше, если ты задержишься в Новороссийске хотя бы на недельку. С Жеромом я все решу. В Абгале тебе пока лучше не появляться. Что-то мутное с этим заказом на тебя.
— Кияно не хочет сознаваться?
— Нет, с этим трусом никаких проблем не возникло. Проблема в другом: Кияно клянется, что тоже лишь посредник, и я склонен ему верить. Тем более Мадаха уверен, что у братца просто не могло быть денег для оплаты услуг Аслана. Он у него практически на полном иждивении.
— Тогда кто заказчик?
— А вот это вопрос. К Кияно обратился некий европеец, представившийся Брендом, который неплохо заплатил ему за посредничество и при этом скинул твою голографию. Последнее крайне интересно, так как указывает на его доступ к архивам Цитадели.
— Я так понимаю, таких людей не очень много?
— Правильно понимаешь. Я передал Кавайке его описание: невысокий, худощавый, рыжие волосы, зеленые глаза, аристократический профиль и застарелый шрам через глаз, — при этом Юджин неотрывно смотрел за реакцией Забелина, но тот только пожал плечами. — В общем, они со Степаном уверенно опознали в нем некого профессора Вайрида — генетика из Цитадели. Тебе это имя о чем-нибудь говорит?
— Нет. Я никогда не встречал никого, кто подходил бы под описание и имя мне тоже не знакомо.
— Тем не менее, похоже, ты ему очень сильно насолил, потому что одним Кияно профессор не ограничился. Сахину удалось найти еще троих получивших от Бренда деньги на организацию твоей ликвидации. Прошу заметить, речь идет о четырехзначных суммах. Мы убедили их отозвать заказы. Точнее, реальных исполнителей было только два: известный тебе Аслан и романский беспредельщик Чип. Последний взял деньги сразу у двух заказчиков, но зная об Аслане, не спешил напрягаться. Еще один заказчик, на твою удачу, просто присвоил деньги профессора. Но и это еще не все! Позавчера вечером какой-то черный парень в рабском ошейнике заявился прямо в апартаменты в «Речном береге». Хотел лично с тобой встретиться, а когда его не пустили, выхватил пистолет и открыл огонь. Правда, стрелок никудышный, из двадцати двух выстрелов всего одно попадание, и то — в ногу Яру. Хотя и из Яра стрелок тоже никакой. Все как раз ужинали, пока на пальбу выскочили, киллера и след простыл.
— Так значит, это из-за этого криворукого неудачника вы предлагаете мне в Новороссийске отсиживаться? — искренне удивился Забелин.
— Нет, конечно. Его уже ищут и, думаю, сегодня — завтра обязательно найдут, причем пусть молится, чтобы это были не родственники Яра. Проблема в другом. Каджис говорит, что ходит слух о пяти нанятых киллерах.
— Скорей всего, преувеличивают.
— Может быть и так, но пока все не проверим, тебе лучше отсидеться подальше от земель хавийя. Так что настраивайся на отпуск.
— Увы, не получится. Послезавтра мне надо быть здесь. У меня назначена встреча с одним крайне интересным представителем раханвейн.
— Здесь, это в посольстве? Или…
— В посольстве. Ребята они резкие, так что я решил подстраховаться.
— Хорошо. Я могу присутствовать при разговоре?
— Не уверен. Мне показалось, что у него интерес персонально ко мне, так что не знаю.
— Ладно, я в любом случае буду поблизости.
21
Машины экспедиции вернулись уже по темноте, зато успели полностью «зачистить» от рабов кочевья бади-адэ и нанесли на карту все расположенные в их землях бункеры. Урожай последних дней вышел не слишком богатым — привезли только семь человек. Из них трое провалились буквально за день до приезда посольской экспедиции. Как выяснилось, кочующие семьи бади-адэ, как и большинство северных кланов хавийя, добывали рабов, карауля у отстроенных неподалеку бункеров, но себе их почти не оставляли, предпочитая продавать работорговцам. Продавали даже молодых женщин, так как пленницы плохо приспособлены к тяжелой жизни пастухов лам. Старейшины практично рассудили, что получить деньги на диё и выкупить в жены повзрослевшему гашанкаду пусть некрасивую, но трудолюбивую дочку соседа куда лучше, чем заполучить в невестки красивую обузу. Не факт, что сами гашанкады были с этим согласны, но кто ж их будет спрашивать в патриархальном обществе? Немного иначе обстояли дела в Харунте — столице клана, которая хоть и построена была в соответствие с кочевыми традициями, но, по сути, являлась вполне оседлым поселением, раскинувшимся на берегу озера. Но и здесь европейских рабов было немного.