Федор счел завершение экспедиции вполне достойным поводом для небольшого сабантуя и смог убедить в этом Жерома с Себастьяном. Так что пока новоприбывших разместили, опросили и накормили, в зале для приемов накрыли столы. Хорошо посидели за разговорами да тостами, так что спать легли уже под утро.
У Забелина армейская привычка сработала, проснулся как всегда в шесть тридцать и отправился на задний двор усиленной тренировкой выгонять из организма остатки сна вместе с пивными парами. Так что, когда к девяти утра во дворе посольства сел большой коптер, присланный Бирюковым, он был уже сыт, умыт, побрит и нарядно одет. Заказанную куклу он получил еще вчера вечером, и теперь сверток с подарком находился под надежной защитой молчаливой Марийки. С утра они успели поссориться из-за нежелания женщины надевать что-либо иное, кроме карго-штанов и футболки, и теперь, стоя у коптера, Марийка всем видом демонстрировала, что едет она с Иваном только в качестве телохранителя.
Следом за ними к машине вышли Федор с Юджином, сонные, страдающие от последствий вчерашних посиделок. Они вчера под пиво взялись сравнивать достоинства русской пшеничной водки и американского кукурузного бурбона и от теории довольно быстро перешли к практике. Теперь мучаются. Мальцев при этом прижимает к груди переноску с очаровательным рыжим крольчонком (и где только добыл?), а Пикетт то ли без подарка, то ли спрятал его в своем кейсе, с которым никогда не расстается.
Последним подошел бодрый и свежий Шутихин. Палыч довольно улыбался и придерживал подмышкой небольшую, но довольно толстую папочку.
— Готовы? Тогда прошу на борт! Нам еще людей в Абгале забрать нужно.
Пилот — худощавый незнакомый Забелину мужчина средних лет, говорил по-русски чисто, но с каким-то странным акцентом. Машину он вел уверенно и на приличной скорости, так что меньше чем через час сели в окрестностях «Речного берега». Стефан подвез к месту посадки Кавайку и какого-то высокого тощего парня, которого представила как своего мужа.
— Сергей Шлангин, — парень первым протянул Забелину сухую крепкую руку. — Можно просто Шланг.
Судя по всему, с остальными пассажирами новоприбывшие были давно знакомы. По крайней мере, обошлись без взаимных представлений. Уселись в углу салона и продолжили свой неспешный разговор, а Иван последовал примеру Федора — задремал под монотонное гудение шести винтов.
В Новороссийск прилетели, еще двенадцати не было. Все попутчики тут же разъехались по домам и делам, оставив на аэродроме Ивана с Марийкой. Ну как оставили? Каждый звал с собой, но Забелин, во-первых, не хотел никому мешать, а во-вторых, нуждался в уединении, чтобы спокойно помириться с Марийкой. Не дело идти на праздник в таком настроении. Тем более на детский.
— Прогуляемся? Тут минут пятнадцать до моря.
— Как скажешь, хозяин.
— Да какой я тебе хозяин! Ну что ты, в самом деле, себе напридумала? Ты мне в любой одежде нравишься, а без нее еще больше. Можешь ходить, как хочешь и в чем хочешь, я не возражаю. Просто ты же женщина, ну неужели тебе самой не хочется хотя бы примерить что-то кроме армейской униформы?
— В красивые платья меня в бордели наряжали, чтобы соблазнительней для клиентов выглядела.
— Ну я не знаток женской моды, но почему-то уверен, что в ближайшем магазине мы найдем кучу моделей женской одежды помимо платьев и юбок.
— Мне и так удобно.
— Хорошо, как скажешь. Но купальник тебе все равно купить нужно. Там шикарный пляж. Не голой же тебе купаться.
— Я не люблю воду, тем более морскую, от нее всегда воняет.
Разговор обещал сильно затянуться, ибо шел уже даже не по второму, а по третьему кругу. Но тут они как раз подошли к витрине магазина одежды. Марийка слегка сбилась с шага, разглядывая нарядные манекены.