Выбрать главу

- Значит, вам хорошо удается придумывать истории?

- Вы полагаете, я лгу? - спросил я. Полицейский улыбнулся и снова повернулся лицом вперед, на своем месте. - Вы полагаете, я зашел в магазин, застрелил продавца, а потом ушел, не взяв ни необходимых мне моющих средств, ни денег в кассе? С какой стати мне так поступать?! - И снова мой вопрос был проигнорирован. - Я хочу позвонить своему адвокату, - сказал я.

- У вас будет возможность позвонить, когда мы приедем в участок, - сказал шериф, наконец нарушив свое молчание.

Возможно, Сьюзан была права. Может быть, нам всем следовало уехать и надеяться на то, что никто не заметил и не сообщил о том, что моя машина скрылась с места происшествия.

В полицейском участке меня провели в камеру в задней части здания, как будто они уже решили, что это я убил продавца. Шериф открыл дверь камеры и жестом пригласил меня войти внутрь, после чего его помощник услужливо подтолкнул меня.

- А как же мой телефонный звонок? - спросил я, когда они закрыли дверь камеры.

- Вы сможете позвонить утром, - ответил шериф.

- Это полная чушь, - сказал я, - вы обращаетесь со мной как с гребаным преступником.

- Нет, мы обращаемся с вами как с важным свидетелем, - сказал шериф. - Это для вашей же собственной безопасности.

Хитрая улыбка на его лице свидетельствовала об обратном.

- Послушайте, шериф...

- Почему вы постоянно называете меня шерифом? Я не шериф...

- О чем вы говорите? Так указано на вашем жетоне...

- О, я знаю, что указано на жетоне, поэтому я и снял его с окровавленной рубашки шерифа. Я решил, что он неплохо смотрится.

- Что?!!

Мужчина, которого я принял за шерифа, указал на стол в дальнем конце помещения. Из-за стола торчала нога.

- Это шериф... Ну, во всяком случае, это был шериф, - oн рассмеялся: - Думаю, можно с уверенностью сказать, что заключенные теперь возглавляют полицейский участок.

Мое сердце заколотилось, и меня охватил приступ паники...

* * *

Я дернулся и открыл глаза. Я сидел на одном из кресел в гостиной. Я даже не помню, как заснул; помню только, что сел, потому что комната начала кружиться из-за стрессовой ситуации, отсутствия нормальной еды и усталости. Во всяком случае, я предположил, что это произошло в результате именно этих причин. Я вовсе не собирался засыпать. Чем дольше я не рассказываю об убийстве, тем больше подозрений может возникнуть.

Какова вероятность того, что в магазине таких размеров нет ни одной системы видеонаблюдения, которая бы действительно функционировала?

Я поднялся и подошел к двери, которую я заблокировал единственным креслом, прежде чем сел на другой стул. Я отодвинул стул, и дверь медленно распахнулась. Снаружи уже стемнело.

Я уже и забыл, каким жутким кажется лес, когда с наступлением сумерек смотришь на него из хижины. Много лет назад, я сидел на краю своей кровати и светил фонариком из окна в темноту за окном только для того, чтобы убедиться, что за окном нет ничего того, чего там не должно быть. Я считаю, что мой отец виноват в этом, так как постоянно запугивал меня перед сном рассказывая разные истории о призраках в этих местах; они не способствовали моему спокойному сну.

Я не верю в истории о привидениях и не верю тому, что происходит в ночи, но, несмотря на это, я готов отдать правую руку за фонарик прямо сейчас.

Я сунул руку в карман за мобильным телефоном. Нет смысла откладывать звонок. О трупе, без сомнения, уже сообщили, так что меня наверняка уже ищут. Я уверен, что шериф поверит моим словам.

В конце концов, у меня нет судимости. Даже штрафов за превышение скорости и неправильную парковку нет. Черт... Я обыскал свой второй карман. Ничего. Где, черт возьми, мой телефон? Неужели я обронил его в магазине, когда отправился звонить в департамент шерифа? Я помню, что телефон находился у меня в руке... Но я не помню, был ли он у меня в руке, когда я садился в машину. Или держал? Возможно, я бросил его на пассажирское сиденье... Черт. Думаю, так и есть.

Я снова осмотрел окрестности. Мне не очень хочется идти по лесу в темноте. Отсюда до шоссе около двух часов ходьбы. Но когда едешь на машине, кажется, что дорога занимает совсем немного времени. Идти в темноте - означает напрашиваться на неприятности. Проклятье. Почему я не посмотрел, есть ли у меня телефон, перед тем как Сьюзан уехала?

Лучше идти утром. В светлое время суток меньше шансов наткнуться на что-то и причинить себе вред. Также меньше шансов наткнуться на хищника. Не знаю точно, что водится в этом лесу, но уверен, что здесь обитает какая-нибудь ночная тварь, которая будет рассматривать меня как еду. Я вернулся в хижину - везде дерьмо. Жаль, что я не успел прихватить кое-что из чистящих средств перед тем, как покинул магазин. Я не совсем уверен, что хочу сидеть здесь.