Хел, ничего не обдумывая, пошла на звук. Дверь в комнату была приоткрыта, тяжелое дыхание доносилось до нее, пробивая в сердце новую дыру. Легонько толкнув дверь, та открылась и Хелен увидела тот ужас, который она хотела бы навсегда стереть из своей памяти.
Озаренная солнцем комната, открытые окна, на подоконниках цветущие ростки. Широкая кровать с помятыми простынями, подушка валяется на полу. Уилсон лежал на кровати, его бледное и голое тело, покрытое испариной, укрывало легкое, белое, шелковое одеяло — влажное и неприятно прилипающее к телу. Грудь мужчины тяжело вздымалась, его ребра некрасиво выпирали. Уилл сжимал ладони в кулаки, ноги его затряслись и он громко выдохнул и на миг его щеки покраснели.
Он повернул голову и с болью взглянул на Хелен, хотел что-то сказать, только разомкнул свои сухие губы, но из груди вырвался громкий и сухой кашель. Хел быстро подошла к нему, села на край кровати и коснулась своей ладонью его лба. Его тело было как раскаленное железо, девушка одернула руку и вскочила. Ноги ее понесли к Хизер, она все так же сидела на диване, держала в руках кружку ароматного чая — девушка учуяла этот пряный запах. Хел взглянула на женщину, та не выглядела обеспокоенной, она, как и всегда, прекрасна и весела. Ее широкие губы растянулись в улыбке, голубые глаза засверкали.
— Нужно вызвать скорую… — тихо сказала Хелен.
— Зачем? — Хизер поставила кружку чая на пол и сложила руки на коленях.
Хел огляделась и побежала на кухню, взяла небольшое полотенце и намочила его холодной водой. Еще один болезненный стон раздался в удушающей тишине, девушка быстро отжала полотенце и вернулась к Уиллу. Тот, казалось, стал выглядеть еще хуже. Хелен села на колени у кровати, пальцами дотронулась до его подбородка и легонько повернула его голову, чтобы видеть его глаза. Она положила влажное полотенце на его лоб, чуть стянулась одеяло с него и провела рукой по груди, чувствуя, как беспощадно быстро бьется его сердце.
Уилл хрипло взвыл, по его щекам потекли слезы.
— Что я могу сделать для Вас? Скажите хоть что-то, пожалуйста…
Мужчина пристально смотрел на Хелен, он потянул свою руку к ее лицу, длинные пальцы застыли в миллиметре от ее бледной кожи, в воздухе очертил линию ее губ. Хел перехватила его ладонь и прижала к своей груди. Его руки обмякли в ее руках.
— Пожалуйста… — шепчет Уилл, его глаза закрываются.
— Нет! — кричит Хелен. — Хизер! Хизер, вызыви скорую, Хизер пожалуйста! — вторит девушка, но ее словно никто не слышит, она пытается нащупать пульс на запястье Уилла и это, казалось бы, мгновение, тянулось.
Безуспешно пальцами терзая его запястье, Хелен так и не нащупала его пульс — она молила, чтобы это было всего лишь ее незнание, а не его смерть.
— Пожалуйста, Уилл… — шепчет Хелен и наклоняется к его груди, она не отпускает его руку и кладет голову на грудь.
Тишина. Полная тишина повисла в доме, ни вздохов, ни стонов, ни быстрого стука сердца. Убивающая тишина.
Пропитанный смертью воздух посвежел, где-то вдали запели птицы, все вокруг становилось реальнее, где-то за пеленой сознания прорывался голос Сэмми, с каждым вздохом звучавший все взволнованней.
Девушка вздрогнула, ее пустые глаза уставились вдаль, сжигающий дыхательные пути воздух возвращал руины разума на место.
— Ты в порядке? — теплая ладонь друга нежно падает на плечо Хелен, девушка медленно переводит свой туманный взгляд и отрицательно качает головой. — Ты тоже это видела?
— Что? — испуганно пошептала девушка. — Не смей, пожалуйста, говорить мне, что все, что мы видим, взаправду происходит.
— Не знаю я, Хелли, я не уверен…
— Я вижу Уилла, он страдает… Я не хочу, чтобы это было так… — Хелен уронила голову на колени. — А если это и так, то… Не хочу этого видеть, знать и слышать.
— А я видел отца, понимаешь? Я будто его глазами вижу то, что было тогда…
Хелен вновь взглянула на чистое небо, солнце медленно поднималось ввысь, освещая кронки деревьев, одинокий лепесток сорвался с ветви. Легкий ветерок закружил с листочком танец, унылый, медленный. Бесконечное падение в никуда, Хел почувствовала себя этим лепестком и усмехнулась, радуясь его приземлению.
Сэм следил за тем, как меняется в лице Хелен и томительно молчал, выжидая ее стопроцентного внимания:
— Все такое яркое и такое реальное, я словно вижу мир глазами своего отца. Вижу эту хижину, как он заходит туда. Эти бездумные прогулки по домику, как вздымается пыль. Чувствую вкус алкоголя и затхлый запах. Вижу маленькую дверку, подпол… Как я спускаюсь туда и там коридор, небольшой такой узкий, там пять дверей, но открыта только одна, представляешь? — Сэм затих, повернулся всем телом к Хелен, прижал колени к груди и уронил голову на бок. — А за той дверью я. Ну, то есть, правда я. Маленький мальчик, который весело проводит время во дворе, рядом мама. А отец стоит и наблюдает, но мы его не замечаем… А в какой-то момент, появляются другие люди, я так понимаю, это друзья отца… Они нападают на мою маму, на меня… А папа… Он продолжает смотреть на все это… Тени мелькают, словно весь город полыхает в огне и средь этого мрака стоит оно… Но более человечное, что-ли. Лицо за маской спрятано, черной такой, драной. Кожа бледная видна и глаза, две красные щелки и он тянет нож моему отцу, говорит: либо ты, либо они… — Сэмми замолчал, достал последнюю сигарету и закурил. — Я постоянно вижу, как убиваю этих людей.