А устроенный армагеддон скорее всего спишут на козни Проклятых. Не зря же все средства массовой информации так старательно лепили образ врага человеческого. Нам заранее отводилась роль злодеев, и публика легко в это поверит.
— Поэтому вы решили прервать уединение? Хотите сорвать планы Патриархов?
Голицын тонко усмехнулся.
— Скажем так, мне не слишком нравится, во что они хотят превратить мир.
— Заодно уничтожив всех нас, — напомнил я и заработал со стороны небрежный кивок.
— Патриархи думают на перспективу и действуют сообща. Полагаю нам тоже следует держаться вместе, — ответил он.
Теперь кивнул я.
— Хорошая идея. Есть какие-то конкретные предложения?
Князь коротко качнул головой.
— Пока я лишь решил сообщить об этом всем заинтересованным лицам. Объявлять во всеуслышание бесполезно — не поверят. В крайнем случае, людей быстро отвлекут чем-то другим, похоронив новость в информационном шуме.
Я неспешно покивал. Как в случае с записями из секретной лаборатории Греев. Сенсация оказалась не такой уж и сенсацией и быстро сошла на нет. Первые страницы глобальных медийных изданий заняла война между нью-йоркским и сан-францисским кланами. Кстати, нет ли здесь тоже связи?
Впрочем, об этом потом.
— Теперь ты все знаешь и можешь планировать действия исходя из ситуации, — заключил Голицын, завершая разговор.
— Спасибо за предупреждение, князь, — поблагодарил я. — Будем на связи.
Я медленно закрыл крышку ноутбука. Надо подумать. Надо крепко подумать.
Глава 20
20.
Территория Канады.
Район Великих Озер.
18:20 по местному времени.
Ровная гладь озера едва заметно колыхалась от изредка налетавшего ветра. Старая пристань тихо поскрипывала в такт движению волн, на деревянных сваях, как и дом позади почерневшая от времени, но достаточно крепкая, два на пять метров — она идеально подходила, чтобы принимать гидросамолет средних размеров.
Воздух сырой и немного холодный, канадский, сильно отличался от бразильских лесов, но сейчас то, что нужно.
В руке кружка с кофе, сваренным в турке по всем заветам приготовления благородного напитка. Свежемолотый, с добавлением щепотки корицы и парой кусочков сахара, конечно, тростникового.
Запасы кофе, в свое время, в это убежище я привез из Колумбии. Взял два мешка, проследив, чтобы условия хранения соответствовали нужным параметрам. Это моя небольшая слабость, приобретенная за время в бегах от охотников кланов. Я мог легко продержаться день или два без еды, но без кофе начинал лезть на стенку, не принимая без него ни одного утро.
Пристань, озеро, берег с деревьями, медленно приближающийся закат, складной стул, в руке горячий кофе — внешне идиллия, образец покоя и умиротворения, внутри напряженная работа мысли в попытках понять, не является ли прошедший разговор с внезапно объявившимся князем Голицыным розыгрышем.
Хотя нет, розыгрыши это не про таких людей, как князь. Здесь могло быть иное. Например сложная многоуровневая интрига, должная переплести между собой интересы клановых патриархов и Отверженных, приправленная должной порцией страха и недоверия друг перед другом.
Мог бывший властитель рода Голицыных сотворить нечто подобное? Несомненно. В бытность лидером своего клана все его ближайшее окружение отмечало хитроумность и коварность своего повелителя. Он легко устраивал свары в Совете, при этом оставаясь в тени. Множество комбинаций, умелые манипуляции, не простофилями из обывателей, а коллегами из числа других князей, собаку съевших на таких же интригах. Это многого стоило.
И вот такой человек заявляет о приближающемся конце света. Просто так звонит, как старому приятелю, якобы желая предупредить и организовать совместные действия.
Верить?
В добрые намерения? Разумеется нет. Я даже сомневался в необходимости дальнейших контактов. Понимал, что такому хитрому лису, как Голицын, такого, как я обвести вокруг пальца очень легко, несмотря на весь полученный опыт за прошлый год и ускоренное «взросление».
Но я трезво смотрел на собственные умения манипулировать другими людьми, в этом любой из Проклятых мог дать мне фору. Не говоря уже о клановых Патриархах, эти постоянно грызлись между собой, интригуя даже против соседей.
Но при всем при этом, сам факт замысла вполне мог оказаться правдивым. С таким вещами Голицын не стал бы шутить, понимал, чем подобная мистификация может закончится. Властитель Хаоса чрезвычайно силен, если все Проклятые навалятся разом, не выстоять даже ему. И он понимал эти расклады.