– Перемены, значит… – Хельги поскреб бороду со вплетенными в неё деревянными бусинами и обвел пустым взглядом остальных: мужчин и женщин, которые пришли послушать, что скажет Ингвар.
Хельги – глава общины и бывалый воин – прошел через бессчетные сражения с ранндами, о чем напоминали многочисленные шрамы на теле. На оголённых руках виднелись рубцы вырезанных в коже рун и засечки убитых во славу Сернебока. Люди сами избрали Хельги вождем, потому что готовы были следовать за ним, доверяли его слову и слушали его советы. За тем и пришел Ингвар – за советом вождя и за поддержкой.
– Давно мы ждём перемен. Война затянулась. И хоть она для нас – что мать родная, ормарры устали от сражений, которые не приносят ничего. Возможно, Владыка указал тебе путь к ее прекращению.
– Мы не можем знать наверняка, – возразил Ингвар. – Истинные желания Сернебока недоступны пониманию его воинов.
– Да, конечно, – отмахнулся Хельги. – Но судьба народа не только лишь в руках одного Сернебока. Если бы нам удалось заставить князей бороться друг с другом, как во времена смуты, они бы оставили нас в покое. Что если твое видение как раз о том?
– Или о том, что в ближайшем будущем найдется способ заключить мир с ранндами.
Сидящие вокруг воины загудели, переглянулись друг с другом, а на их лицах отразилось воодушевление.
– Нас и это устроит, если заключим мир на своих условиях, – кивнул Хельги. – Наверняка за столько лет великий князь ранндов понял, что так просто нас не одолеть, а поселения поредели настолько, что каждый новый призыв вызывает недовольство.
– Предлагаешь идти к князьям в качестве посланника? – вскинул брови Ингвар. Он и сам давно мечтал о спокойных временах без кровопролития и постоянного ожидания собственной смерти. – Но я не могу говорить о мире от имени всех общин. Придется созывать совет.
– Я позабочусь об этом. Многие давно уже шепчутся о возобновлении переговоров с ранндами, они поддержат меня.
Прочие воины закивали, подтверждая правдивость сказанного.
– Верно! – полетело со всех сторон.
– Какую выгоду мы можем предложить князьям, чтобы они встали на нашу сторону и замолвили слово перед великим князем?
– Выгоду… – задумчиво протянул Хельги. – Союз. Так ведь у них принято? Встанем вместе с ними против общего врага, а они встанут вместе с нами.
– Наши народы враждуют десятилетиями, им чужда наша вера, – напомнил Ингвар, а его слова поддержали остальные. Не раз они слышали летящее в свой адрес пренебрежительное прозвище “змеепоклонник”. – Не так-то просто будет ужиться.
– Владыка Сернебок не указывает безнадёжных путей. Вот что: отыщи для начала тот город, который показал тебе Владыка, и девушку. Может, его планы станут яснее по мере твоего продвижения.
Ингвар кивнул. Он тоже надеялся получить новый знак в скором времени.
– Я слышал, земли ранндов полны опасностей, – добавил Хельги. – Возьми с собой пару воинов в помощь. А преодолеть заставы можно, если скрыться на торговой ладье. Есть один купец, Вук. Он торгует с нами в обход запрета великого князя. Потолкуй с ним, предложи янтарь – он спрячет вас от проверяющих.
Глава 9. Старшая дружина
Старшая дружина собралась за столом в своем обычном составе: шестеро мужчин из числа бояр и княжьих мужей. Высокий и тощий как жердь Возгарь, старший среди всех; Булат, получивший земли и титул за военные заслуги; похожий на бочонок меда Хотен; Торчин с пухлыми губами и мешковатыми веками, чем-то напоминающий рыбу; молчаливый и мрачный, почти как сама княгиня, Златомир; и высокомерный вспыльчивый Горазд. Много лет они верой и правдой служили князю Велимиру и всему Калинову Яру, помогали советом, управляли вотчинами и исправно посылали ратников на границу. Но правитель сменился, и вместе с тем неизбежно появились риски потерять насиженные места за столом. Хоть княгиня и сказала, что не станет распускать дружину, каждый из них все же в тайне беспокоился. И прежде всего советников беспокоило, что княгиня женщина, ведь что твориться в головах у женщин – не знал никто.
Тем не менее они продолжали собираться и обсуждать повседневные заботы как ни в чем не бывало. Уже пару дней Мера не появлялась на советах, но этого и не требовалось – в конце концов, правитель волен созывать дружину по своему усмотрению. Но она не созывала.