Ратмир задумался на несколько мгновений, отвёл взгляд и тихо проговорил:
– Не только благодаря ему.
Мера едва заметно улыбнулась и прикрыла глаза.
Оставалось только ждать. Надеяться, что трое ормарров справятся с парой дюжин, и корить себя за слабость. Не хватило всего ничего до полной победы… И даже когда упырей стало гораздо больше, чем живых, их все равно оказалось недостаточно. Слишком быстро огонь забирал их. Гораздо быстрее, чем хотелось бы.
Что если снова придется сражаться? Снова поднимать мертвецов, собирать свою хладную рать? Если в следующий раз враг окажется готов к встрече с нежитью, она уже ничего не сможет сделать.
Мера сидела с закрытыми глазами, чувствуя одновременно тревогу и странное, неуместное умиротворение. Редкие снежинки падали на лицо, тело, казалось, продрогло до самых костей. И так тихо было. Только дыхание Ратмира неподалеку слышалось в этой тишине и редкие скрипы деревьев. Слышалось, как снег падает с ветки от собственной тяжести, и далекие крики ворон, слетевшихся на пиршество.
Прошло немало времени, прежде чем раздался стук копыт. Мера открыла глаза, а ее воины подошли поближе к кромке леса. И когда расплывчатые фигуры посреди кровавого поля и кружащих черных птиц подошли достаточно близко, чтобы различить лица всех троих, гридь приветствовала их радостными победными возгласами. Кельда подняла вверх окровавленный топор и хрипло взревела в ответ.
***
В город вернулись ближе к вечеру под раскатистый сигнал рога. Огни в дозорных башнях видны были издалека, яркие, как путеводные звёзды под сумрачно-серым небом. На островерхих крышах, у стен и на жухлой траве по берегам лежал снег, и река казалось особенно черной на его фоне, прямо как Смородина, в которой тонут неупокоенные души. Таким же черным был и лес вдалеке, а все прочее – оттенков серого, будто мир разом утратил краски. Только огни по-прежнему сверкали рыжиной и золотом.
Тяжёлые массивные ворота оказались закрыты, но со стены за приближающимися всадниками наблюдала целая толпа. Должно быть, Возгарь усилил караулы.
Когда до крепости оставалось всего несколько десятков шагов, а ворота по-прежнему оставались заперты, в душе Меры вдруг зашевелился липкий страх. Что если Возгарь или кто-то другой за это время захватил власть и даже ворот не откроет перед ними? Брать собственный город осадой или смириться и уйти? Эти мысли причинили почти физическую боль. Но Мера так и не успела обдумать их как следует. Медленно, с протяжным скрипом ворота разошлись в стороны. Калинов Яр по-прежнему радушно принимал княгиню в свои объятия.
Это оттого, что никто ещё не знает, что она колдунья, вновь мрачно подумала Мера, пока въезжала в город с гордо поднятой головой.
Со стены уже спустились воины: городское ополчение в простых армяках с видавшими виды мечами и топорами для колки дров и гридь в кольчугах и меховых шапках. Были здесь и бояре, Возгарь и Златомир. Они верхом прискакали к воротам по сигналу рога прямиком из княжьих хором, где готовились к приходу врага, не особенно веря в план Меры. Теперь на лицах обоих читалось изумление вперемешку с облегчением: хоть одной проблемой меньше.
Встречали их в такой тишине, будто те не с победой вернулись, а прибыли сообщить о сдаче княжества врагу. Дружина и горожане, которые наверняка уже успели попрощаться с родными после страшных вестей о сожженных деревнях, ничего не понимали. Как такое возможно, чтобы княгиня отвадила вражеское войско, имея при себе лишь десяток воинов?
Но потом вдруг Ратмир привстал на стременах, вскинул вверх кулак и прокричал:
– Победа!
И остальные, один за другим, как по сигналу подхватили клич. Охотно полетели в ответ приветствия оставшейся в городе дружины, и радостный свист, и взмахи множества рук. Взметнулись вверх шапки, рогатины застучали по земле. А потом и рог зазвучал по-особому, торжественно, всему городу возвещая о победе.
Бояре безмолвно вклинились в строй, и дружина потянулась следом. Скоро княгиня Мера уже возглавляла длинную и шумную процессию. Она кивала с тусклой улыбкой и отвечала на возгласы сдержанным взмахом руки. Люди выходили к дороге приветствовать ее, а весть о победе разлетелась от двора к двору в мгновение ока.
Ингвар поравнялся с Мерой, чуть склонился к ней и повысил голос, чтобы перекричать толпу:
– Недавно ты боялась, что потеряешь власть. Но теперь смотри: весь город приветствует тебя. Празднует победу, которую ты принесла. Возможно, это шаг на пути к чему-то большему?