- Заткнись! - не сдержалась Ася. – Ты же мужик! Выйдем. Куда денемся.
- Эта же сказала, что с лёгкостью проведёт? – Матвей кивнул в сторону Тины.
Тина задохнулась от возмущения.
- Я обещала безопасную дорогу! И на нас никто не напал, если помнишь.
- Безопасную дорогу… - сплюнул Матвей. – Куда? К этой поляне?
- Не истери! – прикрикнул Монах. – Не мешай думать!
- Я весь товар похерил! Да сам попал ни за что. Сколько бабок упустил! Там такие штуковины были!..
Он раздражённо и зло продолжил выговаривать брату. И Монаху пришлось оправдываться с виноватым видом.
Наблюдая за их перепалкой, Тина не выдержала:
- Ты примолкни уже, деревянный. Спасибо брату скажи, что вытащил тебя живым. Торчал бы у карги до первого костерка.
Матвей побледнел и осёкся, но спорить не стал. Доковыляв до ближайшего дерева, обхватил ствол и отвернулся.
- Не обращай внимания, - поддержала и Ася. – Ты просто герой! Всем помог!
Монах усмехнулся, полез за сигаретами…
- Он у меня нормальный. Просто в неадеквате ещё.
- Похоже, он у тебя всегда в неадеквате, - хмыкнула Тина и замерла.
Где-то рядом слышался тихий плачь.
Тина пошла по поляне, приглядываясь по сторонам. Позвала тихонечко:
- Кто тут? Ты, кокоша?
И сразу же у неё под ногами закрутилась заплаканная курица.
- Забыли-и-и-и! Про меня забыли-и-и… – причитала она. – Бросили-и-и. Никому теперь не нужна-а-а.
- Что ты, что ты! – Тина присела и обняла крошечную птицу. Погладила по гребешку, по встрёпанным крылышкам.
- Мы думали, ты с нами пошла, невидимкой, - повинилась Ася.
- Меня позвать нужно-о-о, - шмыгнула кокавица.
- Ну, хорошо! Пойдём с нами.
Птица приободрилась, расквохталась и объявила возбуждённо:
- Я вас быстро выведу. Со мной не пропадётя!
Эпилог
Асафетида, в миру Марина, примеряла перед зеркалом брошь.
- Не Тинино ли украшение разглядываешь? – с подозрением поинтересовалась Люська.
- Тина его и в руках не держала. Было бесхозное, стало моё.
- Ну, ты нахалка! Это же оберег её. Семейная ценность!
Марина разгладила пальцами частые морщинки под глазами и улыбнулась своему отражению.
- Что было, то сплыло. Зачем ей теперь? От тётки избавилась, значит и защищаться не от кого.
- А тебе зачем это простенькое старьё?
Марина коснулась изящного стебелька, следом тронула бутон, и брошь засияла переливами нежно зелёного и золотистого. Каждый лепесточек цветка, каждая прожилка на листьях обрели фактуру, проявились выразительнее и чётче. Украшение выглядело теперь необыкновенно притягательным.
- Старьё? Простенькое? – приподняла брови Марина. – Вот уж нет.
- Ну да, ну да, знаем мы эти штучки, - усмехнулась Люська. - Совсем ты тронулась на своих цацках! Девчонку ни с чем оставила!
- Неправда, чертополох навсегда останется при ней. Я потому и позволила себе эту вольность, что передала замену.
- Тот бутон давно завял.
- Ошибаешься. Он… перевоплотился, скажем так. И, кстати, я хочу пригласить милую птицу, что доставила его, к нам на ПМЖ. Она смышлёная и шустрая. Поможет Игнатьичу по хозяйству.
- Брошь ты от неё получила?
- Не гадай, всё равно не скажу. Ты же знаешь, у меня полно связей.
- Марин, ты же могла спокойно помочь Тине. Зачем устроила весь этот квест?
- Я говорила уже. Всем не поможешь. Каждый должен бороться за себя сам!
- Тебе просто нравится за ними наблюдать!
- Не без этого. Эти милые приключения немного меня развлекли.
- А лунная нить… Она-то тебе на что сдалась? – не отставала Люська.
- Хочу попробовать подтяжку. Возраст никого не щадит.
- Не прибедняйся, сестрица. Ты ещё вполне, - с огромным букетом наперстянок в комнату вплыла Натэла.
- Мои любимые! – обрадовалась Марина. - От кого этот милый жест?
- Всё тот же неизвестный поклонник.