– Подглядывал что ли? – обиженно спросил Лен.
– Нет, подслушивал. Понимаешь, у меня много есть шпионов: растения, животные, природа. В общем, пальма проболталась, – все не отойдя от смеха, резвился эльф.
– Ага. Очень смешно. Просто не хочу давить и все, – уныло проговорил Лен.
– Лучше бы наоборот поспешил. Судьба может разлучить вас в любой момент. После обращения Хлоя может стать самым страшным кошмаром всего человечества. Не исключай этого, – уже серьезно сказал Рафаэль.
В горле застрял ком. Может, не стоит себя жалеть и стать смертной? Ведь человечество не должно быть обречено на погибель из–за рьяного желания одного вампира жить и любить. А Лен пострадает годик, а потом найдет себе другую девушку…
– Отступать уже поздно. Если не завершишь до конца начатое – армия тьмы вырвется наружу без твоего ведома. И пострадают все без исключения. А так после обращения сможешь контролировать и себя, и армию, – сказала зло Стефани.
Я тяжело вздохнула и побрела в комнату, чтобы приготовиться к поискам кубка. И придется дождаться ночи, чтобы не было хвоста. Что ж, пора приступать к операции «Темное войско».
Воспоминание 20
К удивлению, зайдя в комнату, я там никого не обнаружила. И это очень хорошо. А то соседки порядком поднадоели.
– Так, где же искать герб? Я лишь помню, что был изображен меч и что–то возле этого. Возможно, было и животное, но не уверена…, – разговаривала я вслух.
– Какая же ты не патриотка семьи. Ладно, чтобы поскорее завершить обращение, подскажу. Вспомни годы, проведенные с тетей. Вспомни все то, что чаще бросалось в глаза. Это должно помочь в разгадке, – нетерпеливо произнесла Стефани.
М? Ну, так и вспомню все. Единственным увлечением Донны были розы. Так–то больше ничем не занималась… Ну, еще готовила, но это редко. Стоп! Розы! Точно! Кажется, стала вспоминать. Меч лежал на огромной розе, а на рукоятке меча сидела летучая мышь. Но еще там был один элемент. Очень важный. А может и несколько… Фух! Думай, Хлоя! Думай!
– Ты безнадежна, – произнес голос сзади. Подумала, что это Стефани. Но обернувшись, поняла, что ошибалась. Голос принадлежал Николь.
– Если будешь так долго думать, то не успеешь к восемнадцатилетию. Я помогу. Герб состоит из розы, на которой лежит меч и булава. На рукоятке меча – летучая мышь, а на рукоятке булавы – бабочка. На лезвие меча на французском языке высечена наша фамилия. Но этот герб не используется при обращении, род же особенный. Нужно начертить треугольник, а в нем нарисовать змею и написать фамилию. Все очень просто, – сказала уверенно мисс Шлитцен. В ее глазах горели злобные огоньки. А на лице была непоколебимое самодовольство. А я стояла с открытым ртом, не понимая, что происходит и откуда Николь все знает?
– Что, не поняла, кто я, дорогая? – удивленно и немного обиженно спросила рыжая девушка.
Я ничего не ответила, хоть на языке и вертелось огромное количество вопросов. Язык перестал подчиняться, а горло пересохло.
– Может, и выгляжу на лет 25, но на самом деле мне уже 669. Неужели действительно не помнишь? – грустно произнесла Николь.
Я давилась догадками. Как могла бы забыть столь яркой внешности девушку. Стоп, бабушку. И Николь была в том веке, что и я.
– Понимаю, сама виновата, что оставила с Донной. Но пойми, так было надо. Если бы ты не осталась с тетей, то перешла в руки этих мерзких эльфов. А семье Ноар не нужны светлые. Да, семья бы и не дала встать дочери на иной путь, отличающийся от темного. Хлоя Мари – станет самым могущественным воином вновь. И наконец, уберем этих лжецов, – приближаясь, произнесла мисс Шлитцен. Нет, миссис Ноар.
По щекам покатились огромные слезы, я перестала ощущать тело и ноги. Губы стали дергаться, а руки мгновенно опустились.
– Хлоя, не плачь. Слезы – удел слабых, а ты сильная, – подойдя, вытерла слезы на моем лице мама.
Сначала почувствовала боль от того, что Николь оставила одну меня, без материнской заботы, но когда произнесла эту фразу… В душе заклокотало от ярости.
– Думаешь? Люди слабые? Что слезы появляются от безысходности?! Да?! Ты не жила среди людей так, как я! Ничего о людях не знаешь…! И обо мне…! Встаю на сторону тьмы, лишь чтобы уберечь друзей, чтобы любить. Не ради семьи…! Твоей семьи… Почему дали Стефани умереть?! Почему? Почему вы не остановили вовремя сестру? – вся в слезах, орала я.
Николь от такого напора ярости сначала озадаченно посмотрела, а затем улыбнулась.
– Молодец, Хлоя! Выпусти прошлое, разрушь настоящее! Но что касается Стефани…, откуда знаешь о ней? – со змеиной ухмылкой произнесла миссис Ноар.