Он полуобернулся к ней.
– В первый раз здесь?
Айрис сделала глоток. Ей не понравилось, что ее так легко раскусили, но вино тут же смыло обиду. Она еле заметно кивнула.
Незнакомец улыбнулся, но мягко, без насмешки.
– И как вам здесь нравится?
Айрис вспомнила прошедший день, все, что она видела, чего касалась, мимо чего проезжала, все, что разбередило ей душу. Но в голове был сумбур, и она не находила слов, чтобы описать свои ощущения. Мысли без спросу блуждали по другим местам, где она бывала. Зверобойные фактории на побережье, дурно пахнущие и жестокие, где насилие было повседневностью. Лесопилки в тропических лесах, где густой полог растительности скрывал солнечный свет, где в темных ручьях ловились иссиня-черные раки, где во влажном воздухе висела пыль из мелких опилок, от которой першило в горле. Фермы в южных долинах, куда их с Флойдом нанимали забивать кувалдами молочных телят. Обширные речные устья на востоке, где они бросали сети с грузилами в чернильно-черные воды, вытаскивая целые стаи бьющихся лещей. Лагуны и болота, где они с зазубренными острогами охотились на черных лебедей. Островки у побережья, где деревья гнулись под напором ревущего ветра, против которого им приходилось грести, чтобы поучаствовать в сезонной охоте на буревестников, запуская руки в песчаные норы, где вместо тонкошеего птенца запросто мог оказаться клубок змей. Песчаниковые карьеры, где все работники поголовно страдали от силикоза. Молодые городки, полные людей и дыма. Все те места, пытавшиеся идти в ногу со временем, где жизнь кипела и лилась рекой, разгоняя кровь в жилах. И только когда в голове пронеслась мешанина прочих мест, она сумела сосредоточиться на их поездке через нагорье. Она промотала в памяти события дня. Вспомнила подъем по тропе среди акаций, дорогу по холодному плато, у подножья одиноких пиков, мимо неподвижных вод.
Моргнув, она поудобнее устроилась на стуле.
– Я такого не ожидала.
– Никто не ожидает. – Незнакомец сделал глоток.
Вперед вышел третий певец, и началась новая песня, на этот раз более громкая, чем две предыдущие, более задиристая, более зажигательная. Айрис и бородач повернулись к исполнителю и дослушали его до последней ноты.
Когда в зале снова стало тихо, мужчина поставил стакан и наклонился к ней.
– Это песни тех времен, когда на одну убитую кошку приходился один погибший человек. Думаю, они напоминают себе об опасности или пытаются воодушевить друг друга на великий подвиг. Все как обычно.
Айрис встретила эти слова молчанием и дослушала до конца еще одну песню. Прежде чем заговорить, она допила свою порцию и попросила налить еще.
– Там, откуда я родом, пум не осталось.
– Здесь, на нагорье, их тоже мало. Если верить слухам, то и вовсе одна. Та, за которую объявлена награда. Слишком хитрая, чтобы угодить в ловушку, и слишком злобная, чтобы дать себя убить. – Айрис заметила, как дрогнула его губа, когда он произносил имя зверя: – Хмарь.
По другую сторону барной стойки раздалось вежливое покашливание. Усач с вопросительным видом наполнял стакан Айрис.
– Мэм, вашему спутнику нужен ужин? Я могу отправить его в вашу комнату. Кухня закрывается через несколько минут.
Айрис кожей почувствовала, что бородач рядом с ней старательно делает вид, что его не интересует этот вопрос.
– Если бы моему брату было что-нибудь нужно, он бы попросил.
Усач, склонив голову набок, заткнул бутылку пробкой.
Айрис снова повернулась в сторону хора.
– Столько народу на одну кошку?
– Скотоводы предлагают такую щедрую награду, что им на всех хватит, – с безразличным видом ответил бородач. – Может быть, они думают, что вместе будет безопаснее. Или считают, что сила в численности.
Айрис собиралась задать еще вопрос, но ее перебил усатый, все еще стоявший за барной стойкой рядом с ними.
– В любом случае им это вряд ли поможет.
– Какое маловерие, – раздраженно обернулась к нему Айрис.
Усач пожал плечами.
– Уверен, они сильные. Уверен, они умеют стрелять. Но в это дело уже ввязывались охотники в десять раз лучше, чем они. Вы, возможно, слышали. Скотоводы выписали одного аж из Патагонии. Знаменитый следопыт! Легенда Анд! Когда он приехал, то сказал, что ему понадобится три дня, максимум – неделя, – бармен принялся протирать стакан полотенцем. – Это было больше месяца назад. С тех пор его никто не видел.
Похоже, усач был рад возможности поговорить, но, увидев гневный взгляд Айрис, положил полотенце, поставил стакан на стойку и отошел.
Айрис посмотрела ему вслед. Когда она повернулась обратно, бородач уже встал. Он расправил плечи, и Айрис с удивлением поняла, насколько он высокий. С первого взгляда ей показалось, что он выше нее не больше чем на дюйм.