К тому моменту, когда Айрис подошла, их разговор уже закончился. Она проследовала за братом в столовую в другом конце зала с барной стойкой, где сидела прошлым вечером. У дальней стены оранжевым пламенем пылал очаг. Люди сидели за небольшими столами и пили чай с маленькими булочками из ржаной муки. Некоторых из них Айрис узнала по прошлому вечеру, но охотников из хора среди них не было. Не было видно и Патрика Лиса, хотя она и убеждала себя, что специально его не высматривает. Над тарелками с завтраком и от дыхания поднимался пар, от которого запотели окна. Когда они с Флойдом сели за пустой столик, Айрис подумала было протереть стакан рукавом, но решила, что не стоит пачкать рубашку.
Мальчик принес им тарелку с булочками и чайник чая. Принявшись за еду, Айрис рассказала Флойду то, что слышала накануне. Она сохранила все подробности о торфяном вине, о певцах-охотниках и о награде, но постаралась создать у Флойда впечатление, что источников этой информации было больше одного.
Флойд дожевал откусил кусок булочки.
– Значит, это правда. Насчет награды.
– Похоже на то.
Флойд посмотрел на огонь, на блеклые утренние языки пламени.
– Так сколько человек, говоришь, убила эта Хмарь?
– Пять или шесть. – Айрис потянулась широким ножом к маслу.
Флойд задумался, не переставая жевать.
Айрис смотрела на него, пока ей это не надоело.
– Мы умеем охотиться, – наконец произнес брат.
– Кажется, тот южноамериканец тоже умел. Уверен, и остальные погибшие не были новичками. – Она заметила, что к щеке брата прилипла крошка. – Более вероятно, что это она будет охотиться на нас.
– Конечно, не помешает узнать побольше.
– У нас даже винтовки нет. – Айрис принялась с усилием намазывать масло на булочку.
– Раньше нас это не останавливало. – Флойд проглотил кусок булочки, вздохнул. – Думаю, можно поговорить с кем-нибудь из скотоводов. Может, они предложат нам другую работу.
– Ты боишься, – Айрис посмотрела ему в глаза.
Он задумался на мгновение, осмысливая ее слова. Потом улыбнулся.
– А ты – нет.
Остаток завтрака они почти не разговаривали, и Флойд ни словом не обмолвился о том, как она помогла ему этой ночью. Но Айрис обратила внимание, что, когда они вошли в зал, брат постарался, чтобы она села поближе к огню, и подбросил в очаг дров. Он налил ей чай и передал молоко. Когда у нее закончилось масло, сходил за добавкой. А заметив, как она щурится, пытаясь рассмотреть что-нибудь за окном, он встал и полой пальто стер конденсат, чтобы она могла отчетливо увидеть пасмурное утро, неясные блики на озере и легкий туман, стелющийся над водой.
В конюшне они встретили других постояльцев, готовившихся к отъезду. Пока Флойд ходил седлать лошадей, Айрис постаралась найти подход к одному из путников – пожилому сутулому мужчине с густыми жесткими бровями. Она сделала замечание о погоде, подпустила шпильку по поводу завтрака в «Маленьком приюте» и продолжала болтовню о том и о сем, пока мужчина со вздохом не начал отвечать.
Потом она разыскала Флойда, стоявшего за воротами конюшни и смотревшего вверх.
– Ближайшая овцеводческая ферма – к западу отсюда, – она погладила шею своей лошади и полезла в седло. – Хозяина зовут Маклаверти.
Флойд не сводил глаз с костей.
– Похоже на грудную клетку.
– Представь себе.
Устроившись в седле, Айрис пустила лошадь рысью вокруг конюшни, пока не нашла узкую тропинку на запад. Флойд последовал за ней, не опуская головы.
Она думала, поездка окажется такой же, как накануне: яркой, суровой, полной откровений. Но тропа здесь была более проторенной. Вместо камней, льда и кочек их встретила жесткая трава, утоптанная тяжелыми копытами. Грязь, местами проглядывавшая среди зелени, была укрыта сверху деревянными досками. Айрис предполагала, что и пейзаж вокруг них теперь стал другим, но он был закрыт пеленой тумана, который оказался гуще и держался дольше, чем в низинах и на побережье.
Единственным, что они увидели в то утро, была небольшая река, вдоль которой, похоже, и шла тропа. Обычно вид текущей воды вызывал у Айрис беспокойство, но эта речка, отливавшая сталью, несла свои воды неторопливо и с тихой целеустремленностью, наполняя Айрис спокойствием от шеи и до самых пяток, болтавшихся у боков лошади.
По пути Айрис поняла, что раскрашивает земли, скрытые туманом, историями, которые услышала прошлым вечером. Где-то неподалеку наверняка был вскрытый торфяник, влажные волокна которого перегоняют в вино. Пумы бродили во влажном тумане, охотники истекали кровью, а вокруг клубились облака. Целые груды древних костей сливались с окружающей белизной.