- Такая услуга, ваше королевское величество! Пренебречь ею - означало бы лишиться наших ратных героев!.. - подчеркнул молодой, одетый по английской моде дипломат Оссолинский.
- Неужели шляхтичи забыли о грозном предостережении сенатора Збаражского, что потворство лисовчикам пагубно отразится на нашей политике? Казаки, ратные герои... Но ведь они враги моей веры!.. - не сдержавшись, раздраженно провизжал король.
- Вера короля - непоколебимый столп нашей государственности! Но не казаки и тем паче не лисовчики расшатывают ее, ваша милость. Возьмите к примеру хотя бы Бетлена Габора да и всю явную и тайную протестантскую коалицию, ваша милость... Может быть, и не следует благодарить казаков, но проявить в какой-то мере монаршее признание их смелости, ловкости и отваги необходимо. Кстати, и об этом отважном воине, который именем короля покарал Заруцкого... Да, да, именем короля, ваша милость. А казакам еще гетманом Ходкевичем обещано не вступать без их согласия и участия ни в какие переговоры с неверными. Вдруг какой-то Заруцкий убивает казацкого гетмана за спиной короля!.. Таким образом, оказывается, что король не только не причастен к этому, скажем прямо, злодейскому убийству казацкого гетмана, по и выразил милостивую благодарность герою, ставшему судьей убийцы...
Король испуганным взглядом окинул комнату. Его дрожащие монаршие руки в перстнях опустились, а глазами он искал, на что можно опереться. Затем сделал несколько шагов к своему креслу-трону и остановился возле него. С благодарностью посмотрел на молодого и такого надежного своего дипломата Ежи Оссолинского. Однако в его взгляде чувствовались и растерянность и восхищение, будто он до сих пор еще сомневался, нет ли здесь какой-нибудь оскорбительной для чести короля интриги, так искусно скрываемой почтеннейшим дипломатом. Его послали в Англию, а он оказался здесь...
- Ну что же, право, как король, я... собственно, и не был уверен, что этот nihil hominis novus [ничтожный человек, выскочка (лат.)] Бородавка казнен. Однако, - он быстрым взглядом окинул гостей и остановился на Стройновском, - в Речи Посполитой каждого убийцу королевского слуги теперь всюду подстерегает если и не законная расправа, то месть шляхты.
- Юноша Вовгур отныне станет воином моей армии, называемой лисовчиками, хотя под таким именем и воюют уже казаки Бетлена... Мои лисовчики уходят за пределы Речи Посполитой. Собственно, с этой целью прибыл я сюда, оставив свое войско на австрийской границе. Война с турками уже окончилась на Днестре.
- Как это окончилась?..
- В передней ждет приема пан Адам Кисель. Он прибыл гонцом от гетмана Станислава Любомирского. Остальное доложит он... Я же хочу изложить вам свои соображения о все той же большой политике Речи Посполитой. Шляхта и король не могут, не имеют права не реагировать на грозные события в Чехии. Вам известно, что чешские плебеи, называемые народом, все активнее поддерживают Бетлена и взбунтовавшееся дворянство, освобождаясь от власти австрийского цесаря. Что это явное выступление против европейского плана, пожалуй, ясно каждому. Но это может послужить примером и для других народов, в том числе и для польского. Бетлена Габора уже поддерживают протестанты всей Европы! Да что говорить... В его полках храбро сражаются мужественные казаки-лисовчики во главе с командирами из наших банитованных и осужденных на смерть. Среди них есть поляки, пожалуй, даже шляхтичи типа Зборовского... Должны же и мы, используя казаков, помочь цесарю расправиться с бетленовским новаторством. Поэтому прошу ваше королевское величество разрешить мне набрать из освободившихся людей новых воинов для пополнения поредевших в боях под Хотином моих полков лисовчиков. Не нужно бояться названия, как чучела, неразумно брошенного сенатором Збаражским. Суть не в названии, а в духе времени. К австрийскому императору надо прибыть не с горсткой героев, а с полками храбрых воинов! Для этого я и прибыл к вам с поручением от них.
- Лисовчики, лисовчики! Позорно звучит ныне это, когда-то богатырское название, данное в честь истинного патриота Лисовского, воевавшего на московской земле. Пан полковник так напугал нас своим политическим трактатом о международных кондициях. Что же предлагает пан полковник?
- Если на это будет воля вашего величества, разрешу себе посоветовать, - отозвался Оссолинский.
- Советы дипломата становятся мнением и волей короля. Прошу, пан Оссолинский.
- Сенатор пан Збаражский, несомненно, был прав, и вряд ли кто-либо станет оспаривать его высокогосударственную мысль. Однако и воины, называемые лисовчиками, - явление, надо сказать, закономерное в такую бурную эпоху межгосударственных и внутренних потрясений... Поэтому лисовчики и в нашей стране слишком быстро размножаются. Размножаются... и в данный момент очень полезны нам! Полковник прав. Вместо того чтобы судить и карать этот "вольный люд", король своей волей снова делает их полезными для отчизны. Другой альтернативы нет, ваше величество! Протестанты уже применяют огнестрельное оружие, а не только проводят догматические дискуссии. Европа раскололась на два лагеря... Поэтому необходимо проявить мудрость! Казак войну закончил, словно ниву сжал. А мудрая королевская политика открывает ему новое поле деятельности. Потому что от безделья казаки и всякие другие perditos... [босяки, осужденные на смерть (лат.)] начинают помышлять о кондициях "свободы и равенства". Они неплохо уже разбираются как в политических конклюзиях, так и в требованиях протестантов.
- Что же мне делать?
- Предоставить право, дав сопроводительные письма, пану полковнику вместе с его джурой, паном Вовгуром, пополнить войска лисовчиков и возродить их былую славу. Главным образом провести набор войск на Украине! Подумайте, что будет, если... такая армада вооруженных казаков ни с чем возвратится на Приднепровье?! А ведь они не избалованы платой, которую мы только мудро, надо сказать, щедро обещаем выдать из государственной казны. Что делать казакам, возвращающимся на Украину с оружием в руках и со своими старыми претензиями к королю? Таким образом, вместо преступников, бунтарей они становятся верными слугами его королевского величества. А главное, они будут находиться за пределами Речи Посполитой! И прошу учесть, ваше величество, они будут сражаться не на стороне протестантов, как лисовчики-кривоносовцы, а служа Короне, помогая австрийскому цесарю!.. Пусть там и удовлетворят свою жадность к военным трофеям. Даже такая путаница с этим традиционным названием "лисовчики" пойдет нам на пользу.