— А кто тебе больше всех понравился?
— Хмулый! Он класивый! Я выласту большая и женюсь на нем!
Все снова захохотали. Посыпались шуточки:
— Хмурого сосчитали! Пропал Сталкер! Через пятнадцать лет по зоне Хмурята бегать будут!
Хмурый, тоже улыбаясь, надевал кобуру с пистолетом на Сережин ремень. Мальчик шепнул ему на ухо:
— Это мне насовсем?
— Подрастешь, тогда потяжелее найдем. Учиться стрелять будешь из него. Бармен ящик патронов даст. Я уйду завтра. Так что учить тебя будет он. Слушайся его во всем. Он классный Сталкер.
— А все говорят, что ты классный.
— Преувеличивают. Они же мои друзья.
Он встал, получил свой автомат и все пошли на улицу.
Дом находился рядом с баром. Лис показал пустые квартиры. Света выбрала с двумя комнатами. Водопровод работал исправно. Все было целое не разбитое. Когда квартира была выбрана, Сталкеры помчались разыскивать мебель. Хмурый остался.
— Свет! Я завтра ухожу. У Бармена можешь брать все, что нужно. О деньгах не беспокойся. Ребятишек береги.
— Хмурый. Я о тебе сегодня столько услышала! Хорошо, что я тебя встретила. Ну, в смысле, хорошо, что ты мой брат.
— Ответ неправильный. Хорошо, что Я тебя встретил, хорошо, что ТЫ моя сестра.
Больше поговорить им не дали. Начали заходить соседи. Ими, в основном, были старушки и старички. Они приходили знакомиться, приглашали к себе в гости. Потом повалили Сталкеры. Они несли стулья, табуреты, этажерки, кровати. Четверо, даже, притащили здоровущий шкаф. Света так обрадовалась этому шкафу, что притащившие его, зарделись от удовольствия. Кто-то притащил немного промятое кресло. Маша уселась в него и весь вечер, не сходя с места, играла своей куклой. Хмурый ушел, когда стемнело.
Часть вторая. Я объявляю им войну
Утром он зашел к Бармену. Долго подбирал снаряжение. Пришел Лис. Молча встал в дверях и наблюдал за Хмурым. Наконец тот закончил с экипировкой, попестал на руках ранец и закинул его за плечи. Тщательно все укрепил на себе. Повернулся к друзьям.
— Ну все. Я пошел. Да что вы, в самом деле? Что уж я, совсем идиот, что ли?
— Не знаю, не знаю. — Лис подошел к нему. — Учти! Если не вернешься, то я тебя убью!
— Спасибо, Лис! Хороший ты парень.
— Скажи, хоть, куда идешь.
Хмурый развернул карту и ткнул в нее пальцем.
— Ого! Если собираешься выходить из города здесь, то знай, что по всей долине, до самого леса, сплошные аномалии. Проходы есть, но все равно иди осторожно. Когда ждать обратно?
— Не знаю. Мне надо выяснить, как натовцы охраняют свои объекты во время выброса. Если не успею к ближайшему выбросу, то придется ждать следующего. Вот и считай.
— Не нравятся мне ваши посиделки под выбросами. Ох не нравятся.
— Расслабься! Ну я пошел.
Он пожал руки Бармену, Лису и Аборигену.
— Все! До встречи!
— Не забудь, что тебя невеста ждет!!!
— Помню!
И он пошел, не оглядываясь. Друг побежал следом за ним.
Когда он проходил мимо дома, в котором поселилась Света с детьми, его взгляд невольно скользнул по окнам второго этажа. В одном окне торчала троица дорогих, его сердцу, человечков. Они махали ему руками. Он помахал в ответ. На душе стало очень тепло и появилась уверенность, что у него все должно получиться.
Выйдя за шлагбаум, он подозвал к себе Друга.
— Слушай меня внимательно! Я иду впереди. Ты идешь за мной след в след.
И он пошел по направлению к лесу. До леса, по прямой, было не больше двух километров. Но это по прямой. Вся долина была утыкана аномалиями. Они начинались в десятке метрах от выхода из города.
Хмурый полностью полагался на свое природное чутье. Он шел медленно, делая остановки, чтобы определить направление движения. Аномалии находились близко друг к другу. Иногда приходилось продираться по узкому коридору. Друг двигался сзади. Ему было не по себе. Он поскуливал и мелко дрожал, но несмотря ни на что, шел след в след. Даже когда к нему двинулась «жарка», даже тогда, он не бросился от нее в страхе. «Жарка» не достал всего чуть-чуть. Было очень горячо, но Друг прошел там, где, перед этим, прошел его хозяин. Хмурый обернулся.
— Друг! Ты умница!
Друг жалобно заскулил.
— Выйдем! Не волнуйся! Все кончается!
И они снова тронулись в путь по лабиринту, стены которого, при прикосновении, несли смерть. Если бы, кто-нибудь, наблюдал за ними, то подумал бы, что по долине идут человек и пес, полностью лишенные вестибулярных аппаратов. Они шли по очень замысловатой, даже весьма замысловатой, кривой. Они прошли почти две трети пути. День начал клониться к вечеру. Хмурый выбрал небольшую полянку среди аномалий и решил сделать привал. Он раскрыл банку тушенки, вывалил ее перед Другом, а сам стал есть шоколад. Лес был уже недалеко, но он был как локоть. И близко, и не укусишь. Надо бы хорошенько рассмотреть этот лесок. Он достал бинокль.