— Тогда названые пошли ко мне. — Бармен встал и пошел к себе в кабинет.
Все встали из-за столов и пошли за ним. Проныра подошел поближе к Хмурому и тихо произнес:
— Осторожно с военными. Возможна подстава.
Хмурый кивнул головой. Он сам понимал, что договоры, особенно с глазу на глаз, у военных означает почти черную метку. Выполнишь задание и тебя устранят в целях сохранения секретности. Поэтому он не согрешит, по армейским меркам, если выяснит у военных их интересы и откажется от контракта. Тем более, что он уже сделал попытку отказа от найма. Военные стали настаивать, ну и пусть пеняют на себя. А их интересы было бы неплохо выяснить.
Войдя в кабинет Бармена, они закрыли за собой дверь на ключ.
— Я так думаю, что разговор будет долгий. — Бармен сделал широкий жест рукой. — Так что прошу присаживаться.
Все расселись кто куда. Хмурый посмотрел на военных. Он молча ждал. Те поерзали на своих стульях, ожидая вопросов и, не дождавшись, решили прервать паузу.
— Мы бы хотели, что все сказанное здесь, не разглашалось. Все это относится к разряду высшей секретности.
— Мы еще не знаем, о чем пойдет речь, а вы уже ставите свои условия. — Хмурый хмыкнул. — Может вы хотите, чтобы я Лиса убрал и требуете молчания.
— Нет. Никакой угрозы вашим друзьям. Речь пойдет о другом.
— Короче! — Проныра недовольно посмотрел на часы. — У нас дела. Это вы в командировке и вам все до фени.
— Подожди, Проныра! — Хмурый положил ему на плечо руку. — Пусть потреплются. У них, на Большой земле, это называется «Политика». Там им делать нечего и они важные переговоры раскладывают на встречи. Скажем, такие-то вопросы решать за шесть раундов, а такие-то за двенадцать. А между раундами на отдых. А как же! Ведь устали же, как собаки. А кто будет оплачивать их встречи, это их не колышет.
Он повернулся к молодому военному и навел на него указательный палец.
— Здесь Зона, а не Большая земля. Вам придется платить за потерянное время.
Молодой проглотил слюну, посмотрел на своего напарника и проговорил:
— У нас узкие полномочия. Нашим руководством было поставлено сохранение секретности. Мы не можем заниматься самодеятельностью.
— Хорошо! — Хмурый развел руки в стороны. — Без проблем! Ты, — он кивнул на молодого, — пойдешь на кордон, расширять свои полномочия. А ты, — он посмотрел на второго. — Пока твой напарник не вернется, будешь нашей отмычкой. За все надо платить, ребята.
— Но так же нельзя. — Потенциальная отмычка впервые заговорила. — Мы же парламентеры.
— А мы мутанты. Я вам говорил, что лучше обратиться к наемникам. Они практически из вашего ведомства и лишних вопросов не задают. Короче. Разговор закончен. Уважайте наше время.
— Постойте! — Военный постарше посмотрел на своего напарника. — Разговор идет о Выжигателе.
Все посмотрели на Хмурова. Он стоял словно его парализовало. Никто не решался нарушить возникшую тишину. Его друзья знали, что Выжигатель, как кость у него в горле, а военные ожидали решение своей участи.
Хмурый постоял, опустив голову, затем, не говоря ни слова, подошел к плите, открыл шкафчик на стене и достал оттуда банку с кофейными зернами. Все также, молча, он насыпал зерна в кофемолку, тщательно перемолол зерна в порошок и высыпал их в литровую турку. Посмотрел на военных.
— Вы меня заинтересовали. О сказанном здесь никто не узнает. — Он зажег огонь и поставил турку на пламя. — Такой расклад вас устраивает?
Военные облегченно вздохнули и, согласно, закивали головами.
— Сейчас попьем кофе и продолжим наш разговор.
Бармен стал расставлять чашки. Военные от кофе отказались. Хмурый разлил кофе по чашкам и уселся за стол.
— Ну, если вы пить не будете, то можете рассказывать. Мы можем пить и слушать.
Молодой дернулся было начинать свой рассказ, но постарше остановил его.
— Я сам.
— Хорошо. Давайте вы. — Молодой облизнул пересохшие от волнения губы. — Так будет лучше.
— Дело в том, — начал военный, — что Выжигатель был построен почти сразу после первой аварии на ЧАЭС. Лаборатория была секретная. Не знаю, какие там ставились эксперименты, но финансировалась эта лаборатория по первой категории. Потом развал страны и Украина нас турнула. Россия пробовала арендовать тридцатикилометровую зону, но Украина ни в какую. Мы понимали, что здесь не обошлось без американцев, но ничего не могли поделать. Правда Украина и американцев не пускала. Да и сама не лезла на Выжигатель. Побаивалась. — Военный сглотнул слюну. — Если можно, то налейте мне, пожалуйста, кофе.