— За время нашего с Хо противостояния, я успел многому у него научиться, — рассказывал Евгений. — Многие сверхъестественные способности, которые оно использует во зло, можно было бы использовать во благо. К сожалению, я слишком мало постиг. Хо сопротивлялось моему проникновению в его сознание, так же, как и я противился его нападкам. Но всё-таки мне удалось кое-что раздобыть для себя. Я научился создавать нечто более сложное, чем простая иллюзорная фантазия. В результате манипуляций со своей биоэнергетической оболочкой, я сумел выделить альтернативную жизненную форму. Говоря проще, у меня получилось оторвать от себя часть своей духовной основы, и придать ей своеобразную форму.
— Выходит, что Лиша — это частичка тебя?
— И да, и нет. Лишу придумал я, но только как образ. Понимаешь, я ещё задолго до трагедии с «Эвридикой» начал замечать за собой странную особенность. Словно в глубине моей души присутствовало некое Альтер-эго. Это нельзя было с уверенностью назвать «вторым Я», но что-то дополнительное незримо присутствовало в моём сознании всегда. Что-то такое, с чем я время от времени вступал во внутренний диалог, что имело собственную точку зрения, и, главное, всегда спасало меня, придавая необходимый заряд энергии, когда это было мне нужно. Пытаясь на досуге нарисовать себе мысленно внешность этой «второй половинки», я почему-то представил, что это может быть маленькая безобидная ящерка. Весёлая и шустрая. Не знаю, почему? Наверное мне просто нравятся ящерки.
— Мне тоже они нравятся. Они красивые. А как у тебя получилось отделить своё «второе Я» от основного эго?
— А вот тут уже мне помогло Хо. Без него я бы, наверное, не справился с этой задачей. Его целью было сломать меня поскорее. В ход шли любые средства. Заметив, что иногда я общаюсь сам с собой, пытаясь абстрагироваться от его нападок, оно решило лишить меня способности мыслить за два разума одновременно. На самом деле, эта способность присуща большинству людей, в той или иной степени. Люди часто играют в шахматы, рассуждают, или разговаривают сами с собой. От одиночества, от избытка мыслей в голове, или же от скуки. Видимо, Хо посчитало, что если лишит меня этой возможности, то я скорее начну сходить с ума, и сдамся ему. Понятия не имею, что оно сделало, но вскоре я почувствовал, что мой внутренний собеседник начинает покидать меня. Я всё реже стал разговаривать сам с собой, потому что моё альтернативное сознание опустело. Зато расплывчатый бесформенный образ моего собеседника всё чаще стал появляться в моих снах и иллюзиях, пока окончательно не перекочевал в них, и не приобрёл облик маленькой ящерицы.
— Как удивительно.
— Ну-у, на самом деле, это лишь моё предположение. Я так до конца и не понял, как появилась Лиша. Знаю только, что этот живой талисман действительно помогает. Поэтому и подарил её тебе.
— Спасибо тебе за неё.
— Мне приятно думать, что её создал я. Но всякий раз, когда я на за ней наблюдаю, у меня возникают сомнения по этому поводу. Она появилась, вот и всё.
— Я тоже удивилась, когда узнала, что она умеет создавать иллюзорные миры так же, как и ты, — кивнула Ольга.
— Создавать? Нет. Она не умеет этого делать. А вот провожать в мир, уже созданный кем-то — это да. Но это уже большое дело. Это указывает на то, что Лиша — самостоятельный, независимый, индивидуальный разум, каким-то образом возникший в процессе психологических экспериментов с духовной материей, или же, действительно отпочковавшийся от моей энергетической оболочки.
— Какая разница, как она появилась? Главное, что она есть. И она на нашей стороне.
— Да. Она никогда тебя не предаст. Уж в ком я всецело уверен, так это в ней. В борьбе с Хо, Лиша окажет нам неоценимую помощь. Слушайся её, когда тебе будет грозить опасность, но не позволяй ей лишнее баловство в часы досуга. Порой она не знает меры, — Евгений весело улыбнулся.
— Я это уже заметила, — Оля рассмеялась. — Она действительно непоседа. Но мы с ней хорошо провели время.
— Чем занимались?
— Сначала мы с Лишей играли в догонялки. И эта негодница едва не попалась на глаза Лиде, представляешь? Мне чудом удалось её спрятать. А потом мы с ней ходили смотреть аэроскатов. Ой, это такое удивительное зрелище! И красивое, и страшное — одновременно. Они парят, словно заколдовывают, внушают трепет.
— Знакомое ощущение. Иногда даже хочется пригнуться и закрыть голову руками, когда они летают над тобой.
— Точно-точно. И, наконец, мы посетили чудесную полянку, где полакомились вкусной земляникой. В общем, всё у нас было замечательно. За исключением нападения Хо, с его мерзкой ордой. Но мы это пережили. Теперь я опять счастлива и спокойна.
— Мне очень жаль, что так получилось. Я не думал, что Хо отважится вот так вероломно на тебя напасть. Обычно оно действует иначе. Видимо, что-то действительно заставило его нарушить свои традиционные правила поведения. В любом случае, оправдываться сейчас бессмысленно. Я должен был что-то предпринять, чтобы уберечь тебя от этого. Прости.
— Ты не должен извиняться за Хо. Не по твоей вине оно напало на меня. И потом, мы же противостоим ему вместе, не забывай об этом. Я вовсе не беспомощная девочка, и у меня есть, что противопоставить этому злобному гаду.
Евгений улыбнулся и поцеловал её.
— Разумеется, вместе мы — сила, и ты ещё покажешь Хо, где его место. Но всё-таки я очень за тебя волнуюсь.
— Не тревожься за меня. У меня достаточно сил, чтобы справиться. В конце концов, мы же вместе? С тобой мне вообще ничего не страшно. К тому же, у меня есть Лиша, и когда тебя нет рядом — она меня оберегает.
— Мы непременно должны победить Хо. После его странного нападения на тебя, мне стало одновременно страшно и радостно на душе. Страшно — за тебя. Я волновался, как бы оно не причинило тебе вред. А радостно — потому, что я почувствовал смятение его духа. Оно неспроста напало. Это была чистой воды провокация. Оно бы всё равно не причинило тебе вреда, так же, как и его бесчисленные холуи, которых раскидала Лиша. Это не входило в его планы. Оно поклялось не трогать тебя, и я склонен ему верить.
— Думаешь, оно сдержит слово?
— Непременно. Ему не выгодно тебя калечить. Ты нужна ему живой и здоровой, для того, чтобы наша с ним битва не теряла своей полноценности. Оно хочет постичь, что ты из себя представляешь, и что я из себя представляю, почему мы так сильны вместе. Этого невозможно добиться шантажом или пытками. Оно конечно же может мучить тебя на моих глазах, и я сдамся ему без боя. Оно это знает, и придерживает этот план на крайний случай.
— А почему не применит до сих пор?
— Ему хочется абсолютной победы. Знания, вытянутые клещами, гораздо скуднее и скупее, нежели полновесный поток информации, который перейдёт к нему от нас добровольно, по нашему собственному желанию.
— По нашему желанию?! Не слишком ли оно замахнулось?
— Это звучит абсурдно, но тем не менее, Хо всерьёз настроено добиться этого.
— Неужели оно столь наивно?
— Разумеется, нет. Оно намного хитрее нас с тобой вместе взятых. Однако, я чувствую изменения в его настрое. Эта чёрная цитадель дрогнула.
— Что ты имеешь в виду?
— Оно боится. В это верится с трудом, но, тем не менее. Всемогущее, зловещее, грозное Хо — испытывает настоящий неподдельный страх. И решается на безрассудный поступок, стремясь запугать нас тривиальным броском. Это отличная новость. Значит оно не так уж непобедимо, как казалось.
— А кто такой Даркен? — вдруг спросила Ольга.
— Даркен? Ну-у, это, если не ошибаюсь, английский вариант определения «сумеречник». А почему ты спросила об этом? Откуда тебе известно это слово?
— Мы с Лидой нашли ноутбук, и с нами общался некий Даркен. Это было Хо?
— Что? Оно уже выходило с вами на связь? Невероятно! Мы действительно серьёзно его зацепили. Думаю, что очень скоро произойдёт переломный момент в нашем поединке. И что оно вам говорило?
— Сыпало непонятными угрозами.
— Проклятая нечисть.
— Всё равно мы не испугались. Кстати, а ты случайно не знаешь, что случилось с Ваней? Он как будто сошёл с ума. Это не обычное сомнамбулическое состояние. Это типичное безумие.