Превозмогая слабость, Сергей начал медленно подниматься из кресла, опираясь на спинку переднего кресла. Колени дрожали, ступни прокалывали сотни иголок.
— «Ну и везет же Вам! Боже мой… да теперь…» — голос Сталкера оборвался, изображение перекосилось, обнажив плёночную кромку, по экрану заскользили какие-то символы и знаки, в конце концов завершившиеся обрывочным кадром, и пустым белым экраном. Сутулый силуэт Сергея чётко проецировался на светлое полотно. Спотыкаясь о сиденья, парень начал медленно пробираться к выходу. Добравшись почти до самого конца ряда, он вдруг заметил что-то странное, и опять взглянул на экран.
— Какого лешего? — прошептали его губы.
Теперь, помимо его силуэта, на экране присутствовал ещё один. Он постепенно увеличивался в размерах, поднимаясь и вытягиваясь, словно распрямляясь. Ростом он был гораздо выше Сергея. И ещё, особо поражала форма его головы, угловатая, похожая на ромб. Сергей хотел было повернуть голову, чтобы посмотреть, кто стоит у него за спиной, но не успел.
— Не оборачивайся, идиот! Прячься!
Чьи-то цепкие руки, взметнувшись откуда-то снизу, схватили его за запястье, и резко потянули вниз — в междурядье. Сергей даже не успел адекватно отреагировать на этот бросок, и поддался без малейшего сопротивления.
— Ч-что? Ты кто?
— Тихо! — прошипел голос сокрытого в полутьме человека, который тут же зажал ему рот своей прохладной рукой. — Ни единого звука. Понял? Кивни, если понял.
Сергей кивнул.
— Будешь слушаться меня — есть вероятность, что сумеешь пережить сегодняшнюю ночь. Не будешь слушаться — расстанешься с жизнью быстрее, чем сможешь опомниться. Ничего не предпринимай без моего указания. А сейчас, представь, что ты один из этих стульев. Никаких звуков, никаких движений, никаких мыслей.
— Хо! Хо! — пронеслось по залу.
Силуэт на экране начал шевелиться. Он озирался по сторонам, и как будто принюхивался. Прижав голову Сергея рукой к полу, незнакомый спаситель слегка приподнялся, и украдкой выглянул в проём между двумя спинками стульев. Увидев что-то, он молниеносно пригнул свою голову, и вдавил лицо Сергея в пол ещё сильнее. Тот не сопротивлялся. Страх и непонимание происходящего были слишком сильны, чтобы выказывать гонор. Чёрный силуэт начал двигаться, смещаясь к краю экрана, пока наконец не скрылся за его пределом. Около минуты они оставались недвижимыми, прислушиваясь к тихому стрекоту киноаппарата. Затем, незнакомец, скорчившийся на полу рядом с Сергеем, зашевелился.
— Ф-фух, — издал он вздох облегчения, раздув пыль на полу. — Пока нам фартит. Но это лишь потому, что оно предпочитает эффект внезапности при нападении. Это даёт ему больше очков.
Рука отпустила голову Сергея, и тот осторожно приподнялся с пола, усевшись на корточки.
— Кто ты? — как можно тише прошептал он.
— Ты меня не узнал?
Вглядевшись в едва различимые черты лица незнакомого парня, Сергей наконец понял, кто перед ним.
— Женька? Ты вернулся? Значит, мой сон продолжается?
— Да, я вернулся, но это, к сожалению, уже не сон.
— Как? А что же это?
— Кошмар, явивший себя во плоти. Добро пожаловать в сумерки, братишка.
— Я н-не… Я не понимаю.
— А придётся понять. Жаль, что всё объяснять тебе нет времени…
— Что, чёрт возьми, происходит? Объяснишь ты мне, наконец?!
— Идёт охота! Вот что происходит.
— Охота? На кого?
— На тебя, друг сердечный, на тебя…
— Э… Н-но…
— Тихо-тихо-тихо. А вот этого не на-адо. И паника мне тут совсем не нужна. Ну же, солдат, выше нос. Мы ведь пока живы, верно? Оно только того и ждёт, чтобы ты впал в отчаянье, и сдался ему без боя.
— Кто, оно?
Евгений промолчал.
— Хо?
— Ну, вот видишь, ты сам знаешь ответ на свой вопрос.
— Что ему от меня нужно?
— То же, что и от всех остальных. Это прозвучит жестоко, но ты интересуешь Хо, прежде всего, как еда. Ну, ну, не падай духом раньше времени.
— Не падать духом? И ты мне ещё это говоришь? Я в заднице! В полной заднице!
— А я здесь, чтобы вытащить тебя из неё. Гарантий никаких не даю, но обещаю очень постараться.
— И на том спасибо.
— Тихо! — Евгений прислушался, а затем продолжил ледяным шёпотом. — Время поджимает, Серёг. Оно возвращается, и наверняка приготовило какую-то погань, чтобы свести тебя с ума. Не поддавайся ему! Возможно, через пару минут ты увидишь такое, от чего у тебя волосы поседеют, но ты не должен прекращать сопротивление. Тлетворное влияние Хо настроено на то, чтобы разрушить тебя изнутри. Борись! Ты всё усвоил, братишка?
— Я… Я не знаю, Жень… Что я могу там увидеть? Что, например?
— Приди в себя! — Евгений влепил ему хлёсткую пощёчину. — Встряхнись, балда! На меня смотри! Слушай внимательно, второй раз повторять не буду. Сейчас выбираешься из междурядья в боковой проход. Потом сворачиваешь в сторону экрана, и ползком ползёшь прямо на него…
— На кого?
— На экран, мать твою! Он яркий, понимаешь? Он даёт свет! Бойся темноты. Где темнота — там Хо, где свет, там его нет. Оно не любит свет, не любит открытых освещённых участков. Ему выгоднее прятаться в сумраке. Поэтому свет от экрана на какое-то время прикроет тебя. Как только доползёшь до передних кресел, поднимайся, и дуй к выходу так быстро, как только сможешь. Чтоб только пятки сверкали, понял меня?!
— А ты?
— Слушай, кто кого здесь спасает, а? Дурью не майся, и героя из себя не строй. Не останавливайся, не замедляй бег, не смотри по сторонам, и главное — не оборачивайся назад. Что бы не увидел, что бы не услышал. Беги, если жизнь дорога! Понял?!
— Да, я всё понял. Я готов.
— Прекрасно. Твоя задача — выбраться отсюда. Спрячься в ресторане, и жди меня, — Евгений осторожно выглянул из-за кресел. — Так, либо сейчас, либо никогда. Удачи тебе, Серёга, давай, вперёд!
И Сергей начал аккуратно пробираться под сиденьями, пока не выбрался из ряда. Затем, он прижался к полу, и, как учили в армии, по-пластунски пополз вдоль рядов, в сторону экрана. Он не знал, чего ему следует опасаться, и не имел представления о том, кто за ним охотится. Он лишь догадывался, что вся опасность крылась в этом загадочном чёрном силуэте с ромбовидной головой. Животный страх гнал его вперёд, заставляя спешно перебирать локтями, подбираясь всё ближе и ближе к первому ряду кресел.
Но вдруг он услышал чей-то стон, и остановился в замешательстве. Стон повторился, более протяжно и уныло.
— К-какого… Это ещё что за… — Сергей утёр пот со лба, и медленно высунулся из-за бокового кресла.
Он увидел, как по экрану медленно движется сутулая человеческая тень. Тень была такой чёткой и яркой, что, казалось, будто бы человек находился прямо за экраном, как в театре теней. Человеческий силуэт плёлся вдоль экрана, и руки его безжизненно свисали, как плети. Позади него появилось ещё одно очертание человека, потом ещё — на этот раз фигура была явно женской. Сергей наблюдал за движением теней, а они всё появлялись и появлялись, продолжая стенать и всхлипывать, двигаясь из одного конца экрана, в другой. Мужчины, женщины, дети, старики. Теней было всё больше и больше. Они заполняли собой нижнюю часть экранного полотна, создавая столпотворение. Люди толпились, толкались, искали что-то, осторожно ощупывали экран с внутренней стороны.
— Чертовщина, — медленно поднявшись на ноги, Сергей покосился в сторону выхода.
Путь был свободен. Осталось обойти угловое кресло. И вот тут произошло непредвиденное. Огибая последнюю преграду, парень отвлёкся на шевелящиеся за экраном тени, и нечаянно задел сиденье ногой. Раздался стук, показавшийся Сергею револьверным выстрелом. Мгновенно замерев, он съёжился, стиснув зубы. Сердце словно остановилось на пару мгновений, а потом заколотилось как бешеное. Силуэты на экране тоже замерли как один, уставившись в одну точку. Сергей сглотнул слюну, выжидающе глядя на них. В зале повисла кратковременная тишина, которую вдруг прорезал душераздирающий, безумный женский вопль. Его подхватила пара мужских голосов, потом детский визг, и вот уже вся эта толпа безумно голосила, набросившись на экран с противоположной стороны. Полотнище заколыхалось. Многочисленные руки скользили по нему, пытаясь порвать. Тени стучали по экрану кулаками, пинали его ногами. Их вопли заставляли стынуть кровь в жилах. Сергей, словно парализованный, стоял на месте, и таращился на экран, пока его не заставил очнуться гневный голос Евгения.