— Это правда? Ты действительно заразился? — спросил Гена.
— Может хватит чушь пороть, а? Ничем я не заразился, — он начал медленно подниматься с кровати.
— Но ты же только что… — в полнейшем непонимании пролепетала Оля.
— Что, «только что»? — перебил её Сергей. — Не выспался я, вот и вся недолга. Всю ночь с боку на бок ворочался как проклятый. Башка чугунная.
— Ольга, ты, прежде чем делать выводы, удостоверься сначала, хорошо? А то я тебе чуть было не поверил, — сердито произнёс капитан, побледневший от нахлынувшего было волнения.
— Но я же… — растерянно пискнула девушка.
— Вот-вот, — вновь отрезал Сергей. — Думай, прежде чем говорить. Нечего панику сеять попусту.
Его взгляд был холоден и жесток.
— Ладно, проехали. Не знаю как ты, а я страстно желаю поскорее закончить работу наверху, — произнёс Гена.
— Идём-идём, — натягивая брюки, ответил приятель.
— Умываться будешь?
— Ну, нафиг. Не хочу.
— Как знаешь. Тогда пошли.
Капитан отправился на выход. Сергей поплёлся за ним. Напоследок он, как бы невзначай, коснулся Ольгиной руки, и та почувствовала в этом лёгком касании что-то прощальное, словно Сергей уходил навсегда. В эту секунду, его глаза вновь выражали живую мольбу, скрытую от всех непосвящённых. Его тоскливый, умоляющий взгляд Ольга запомнила навсегда. Словно истинный Сергей был заперт в собственном теле, и лишился возможности управлять им по своей воле.
Ребята покинули каюту, и их шаги постепенно стихли в глубине коридора, а Ольга ещё пару минут смотрела на закрытую дверь. Она была подавлена и крайне растеряна.
— «Что же означала его последняя фраза?» — мучительно соображала она. — «Чёртова латынь! Как же она переводится?»
— «Спуститься в ад», — ответил ей голосок Лиши. — То есть, он имел в виду, что ты должна спуститься за ним в ад.
— Что это означает? Какая-то метафора?
— Да уж какая тут может быть метафора? — ящерка вскарабкалась на подушку, и, моргая чёрными глазками-бусинами, продолжила. — Всё очень даже буквально. В данный момент, его нещадно-истязаемая душа находится в таком месте, которое иначе как адом и не назовёшь. Сейчас Хо подвергает его энергетическую сущность поистине чудовищным экзекуциям. Ведь оно ещё не насытилось им сполна.
— Что ты такое говоришь, ради бога, прекрати! Он здесь. Он с нами. Я чувствую это. Те, заражённые, они были другими: опустошёнными, безликими. А Серёжа… Он пытается бороться!
— Репликант — отслоившаяся оболочка, пытается установить с тобой контакт через сомнамбулу — материальную оболочку, находящуюся под контролем Хо. Связь очень нестабильна, потому что Хо этому активно препятствует. Хотя, препятствует ли?
— О чём ты?
— О том, что это запросто может оказаться ловушкой. Если Хо допускает просачивание сигналов подобного рода, значит видит в этом какую-то выгоду.
— Да пошло оно, это Хо! Я хочу спасти своего друга!
— Я понимаю.
— Почему Сергей скрывает это от Гены? Почему притворяется, что всё нормально?
— Это не его инициатива. Хо управляет им.
— Как же меня достала эта сумеречная тварь! Ненавижу её!
— Энергия материальной оболочки предельно истощена. Полагаю, что сомнамбула вот-вот отключится.
— Послушай, — Ольга взяла Лишу с подушки, и, несильно зажав в кулаке, поднесла её к лицу. — Скажи мне, только честно, его ещё можно спасти?
— Теоретически, да, — с явной неохотой ответила ящерка. — Я не исключаю такой возможности. Но шансы на успех крайне малы.
— Что нужно для этого сделать? Скажи мне!
— Всё зависит только от воли Хо. Но я сильно сомневаюсь, что оно отпустит свою добычу.
— Твои сомнения меня не интересуют. Я должна действовать, пока ещё не поздно, — Ольга опустила Лишу на стол, и вынула «Иллюзиум».
— Что ты собираешься делать? — спросила та.
— Надо как можно скорее разыскать Хо. Я должна постараться убедить его оставить Серёжу в покое.
— А если не получится?
— Тогда пусть оно пеняет на себя.
— Ни один здравомыслящий человек не решился бы совершить столь безрассудный поступок. А те, кто имели несчастье познакомится с Хо, отдали бы всё на свете, лишь бы не встречаться с ним никогда. Судя по твоему суицидальному решению, ты либо имеешь слишком примитивное представление о нём, либо в конец лишилась способности мыслить адекватно.
— И ты ещё рассуждаешь об адекватности? Да какое тебе дело вообще до всего этого? Сергей тебе никто. Он тебе безразличен! А мне — нет. Я должна его вытащить из этой беды!
Не ходи к нему! Не делай этого, любимая, не надо! Это безрассудство тебя погубит! Ради всего святого, одумайся!
— Опять ты! — провыла Ольга, и раздражённо постучала ладонью по своему лбу, словно пытаясь вытряхнуть из своей головы звучащий внутри голос.
Послушайся меня, не ходи туда!
— Я без тебя знаю, что мне делать.
Нет, ты не знаешь!
— Оставь меня в покое, пожалуйста! Я не хочу тебя слушать! Отстань от меня!
Голос умолк, и более не повторялся.
— Это я не тебе, — заметив, что Лиша приняла её слова на свой счёт, поспешила оправдаться Ольга. — Не обращай внимания. У меня окончательно едет крыша. Я двинулась…
— Одолевают голоса в голове? — понимающе кивнула ящерка. — Полагаю, что это Женя пытается тебя о чём-то предупредить.
— Какой мне толк от его предупреждений? Я и без него прекрасно знаю, что мне угрожает опасность. И что мне нельзя встречаться с Хо. Знаю! Но мне необходимо с ним встретиться! Я должна спасти Серёжу. Вместо того, чтобы лезть в мою голову со своими навязчивыми предостережениями, лучше бы помог мне. Тоже мне, ангел-хранитель выискался.
— Может, всё же имеет смысл прислушаться? — осторожно предложила Лиша.
— И ты туда же?! Не пытайся меня отговорить. Если хочешь помочь, либо посодействуй мне хоть как-нибудь, либо исчезни.
— Путь, который тебе предстоит преодолеть, суров и труден. Ты уверена, что сможешь отыскать то, что тебе нужно?
— Я сделаю всё, что смогу. Ведь мне есть за что бороться, пусть это и кажется тебе безрассудством. В любом случае, это лучше чем сидеть, сложа руки, и надеяться на чудо.
— Как же часто мне приходится это слышать, — вздохнула ящерка. — Вижу, что спорить с тобой бесполезно. Но и позволить тебе бестолково сгинуть там, в сумеречном мире, я никак не могу. Если ты окончательно и бесповоротно решила отправиться в это страшное путешествие, то тебе необходимо взять меня с собой.
— А могу ли я тебе доверять?
— А выбора тебе никто не давал. Без проводника в чужом мире ты и десяти минут не протянешь. Заблудишься, потеряешься и исчезнешь. Навсегда.
— Хм…
— К тому же, я знаю кратчайший путь к обиталищу Даркена Хо.
— Ладно-ладно, всё, убедила, — сдалась Ольга. — Ты пойдёшь со мной. Но смотри мне, без фокусов! Только попробуй обмануть, или завести куда-нибудь не туда…
— Ты встретишься с Хо. Клянусь хвостиком.
— Смотри у меня, — погрозив ей пальцем, Ольга взяла Лишу со стола, и усадила к себе в карман. — Лады. Думаю, можно отправляться.
— Не торопись, — ответила ящерка. — Сейчас ещё рано. Сначала они должны вернуться.
— Кто?
— Твои друзья.
— Но ведь я специально выбрала момент, пока их нет. Свидетели нам не нужны. Или я чего-то не понимаю?
— Скоро сомнамбула окончательно исчерпает весь свой ресурс, и будет возвращена в каюту. Присутствие материальной оболочки Сергея сыграет нам на руку. Благодаря ей, нам будет проще обнаружить местонахождение энергетического репликанта в ноосфере. Даже когда энергетическая и материальная оболочки разделены, между ними всё равно остаётся связь, пока одна из них не погибает. И эта связь приведёт нас к пленённой душе Сергея.
— А как же Гена?
— Он тоже нам понадобится.
— Но как?
— Слушай внимательно, и запоминай. Всё что от тебя требуется — это уговорить Гену разбудить тебя в строго установленное время. Сколько сейчас на твоих часах?
— Половина десятого.
— Ровно в одиннадцать ты должна проснуться. Ни раньше, ни позже. Будешь разбужена раньше — превратишься в сомнамбулу, проснёшься позже — хм, да что я говорю, позже ты можешь не проснуться вообще. Поэтому Гена должен непременно разбудить тебя в одиннадцать часов. Будить тебя он должен специальным образом. Пусть хорошенько смочит ваточку водой, и протирает твои веки и губы, негромко повторяя «возвращайся, возвращайся». Когда твои мускулы на лице начнут рефлексивно подёргиваться, пусть начинает легонько трясти тебя за плечи, повторяя то же слово. И так, пока твои глаза не откроются. Только так можно вывести тебя из транса искусственным путём, при этом, не травмировав твою психику. Любое нарушение этого правила может быть чревато наихудшими последствиями, вплоть до фатальной репликации.