— На моей груди табличка с другим именем, Деймон, — холодно отозвалась она.
Мужчина низко рассмеялся.
— Прости, что не удостоил должным вниманием твою грудь, — а потом резко склонился к стойке. — Оформишь по-тихому? Я документы в машине забыл...
«Лиззи» закатила глаза и с презрением уставилась на Елену.
— А это что за очередная?..
Деймон громко цокнул, в очередной раз не дав хостес договорить:
— Советую сейчас тщательно подбирать слова, детка.
Женщина глубоко вздохнула.
— Итак, мистер Зальцман, — отчеканила она, вводя информацию в компьютер, — Ваш номер 406. Оплата наличными.
— Спасибо, — широко улыбнулся Деймон и, повернувшись к Елене, достал из куртки, все ещё накрывавшей её плечи, бумажник и вытащил из него несколько чуть влажных банкнот. — Прости, попали под ливень, — встряхнул бумажки Сальваторе и протянул администратору.
Она лишь молча на него смотрела, и он опустил деньги на стол.
— Ваш ключ, — протянула женщина карточку гостю.
— Обязательно нажалуюсь на тебя Дону, — фыркнул мужчина, забирая из её рук пластиковый прямоугольник.
— Только попробуй, — усмехнулась женщина. — Теперь за тобой должок, — указала взглядом на компьютер.
Он кивнул и, обняв Елену, потянул её к лифтам.
— Ну, ты чего надулась? — развернул девушку к себе, едва перед ними сомкнулись дверцы кабины.
— Кто это? — сложила руки на груди мисс Гилберт.
— Эй, пару часов назад ты говорила, что ничто не может изменить твоего отношения ко мне! — склонился он над возлюбленной, приподняв её лицо за подбородок.
— Отношение — нет, настроение — вполне, — буркнула девушка, и как раз в этот момент короткий сигнал возвестил пассажиров, что они достигли нужного этажа, вскоре после чего с тихим шорохом открылись зеркальные двери.
— Мне нравится, когда ты ревнуешь, — чмокнул Деймон её в нос и, взяв за руку, вышел из лифта.
Мужчина мельком взглянул на указатели, свернул направо и потащил не пышущую энтузиазмом спутницу к номеру. Открыв дверь, галантно пропустил девушку вперёд. Зайдя, она сразу скинула туфли и рюкзак, тут же сбросила на пол его куртку и, пройдя вглубь комнаты, остановилась, выкладывая на тумбу телефон и какую-то мелочь из карманов. Деймон досадливо опустил на образовавшуюся у его ног мокрую кучу вещей шляпу.
— Я высушу волосы и вызову такси, — сдавленно проговорила Елена и, развернувшись, врезалась в грудь мужчины.
— Только не говори, что готова оставить меня из-за такой ерунды...
— Ты флиртовал с ней.
— Разговаривал!
— То есть, ты говоришь вот так со всеми женщинами?
— Лишь с близкими.
— То есть, она близка?
— Какая разница, Елена! Возможно, я расстроился из-за проклятых раздельных кроватей и переборщил!
— Вот только не надо оправдываться!
— Я и не собираюсь.
— Вот и отлично!
Девушка толкнула возлюбленного так неожиданно и сильно, что мужчина рухнул на стоявшую за спиной постель. Не успел и удивиться, как она уже была сверху, запуская пальцы в его мокрые спутавшиеся волосы.
— Лена? — едва выдохнул, как рот заткнули поцелуем. Уже через минуту Елена была топлес, ещё через две — лежала на спине на противоположной кровати, а Деймон сбрасывал с себя футболку на пол. Со смехом стягивали с девушки мокрые узкие джинсы, с лёгким хихиканьем — с него. Обе постели смяты, подушки на полу...
— Твои волосы высохли, — прошептал мужчина и зарылся носом в лохматые пряди. — Поедем домой? Или план поменялся?
Говоря это, он неосознанно крепче прижал её к себе.
— Если я оставлю тебя из-за подобной ерунды, ищи подвох, ладно?
— Хороший совет, учитывая, что нам ещё предстоит... хм... поговорить с Грейсоном.
— Нам предстоит целая жизнь, Деймон, — прошелестела она и выскользнула из объятий.
Задержалась, сидя на краю кровати, осматривая разбросанные по полу мокрые вещи, вокруг которых успели растечься небольшие лужицы.
— Надо отдать в сушку наши вещи... — обернулась к Деймону, а он потянулся к ней и пробежался пальцами по чувствительной коже вдоль позвоночника, а потом накрыл её руку своей.
Игривый и довольный, он вновь напомнил ей огромного кота.
— Элиза — бывшая жена Аларика, — тихо сказал мужчина. — Поэтому она и ввела его данные — все ещё помнит наизусть. И максимум, что между нами было — это взаимная неприязнь и симпатия к одному человеку.
Елена нежно улыбнулась и пригладила взъерошенную шевелюру Сальваторе.
— Не нужно оправдываться. Правда. Когда ты забирал бумажник, так посмотрел на меня, что всяческая ревность испарилась, будто её и не было. Стефан был прав: то, как ты смотришь на меня, говорит лучше любых слов. Как я не замечала прежде?