- Все вопросы потом, а пока тебе нужно поспать...*****Неизвестно, что произошло раньше: он пришел в себя или вернулись воспоминания. Стефан что было сил зажмурился, но все-таки заплакал. Боль в теле ничто, когда кровоточит душа.- Не представляю даже, как же тебе больно, - всхлипнул рядом любимый голос, и запястье обняла теплая ладонь. Слезы были аккуратно вытерты салфеткой. - Ты потерпи. Врач говорит, ты сильный, молодой. Все заживет через пару-тройку недель... Ну, чуть подольше... Ты только отдыхай. Давай, поспи...Он вслепую поймал ее пальцы, нежно коснувшиеся пульсирующего виска, и прижал их к сердцу.- Почему ты здесь?Голос не слушался почти с тем же упорством, что и отказывающиеся открыться глаза.- Джена ненадолго отошла, а мы не хотели, чтобы ты оставался один. Если хочешь, уйду.Стефан молчал, ведь разум требовал ответить да, а сердце - нет.- Я ждал другой ответ...- Какой?- Что я тебе все еще дорог.- Конечно, так и есть.Парень открыл-таки глаза и посмотрел на девушку сквозь какой-то туман.- Не ври мне.- Зачем ты так, Стеф? Что бы там ни было, ты мой самый лучший друг, - Елена положила руку поверх его ладони, прижавшей ее пальцы к собственной груди, и парень, будто одумавшись, высвободился из теплого плена.- Я не хочу быть тебе другом! - прорычал он.Девушка застыла, глядя на свои ладони у его сердца, что сейчас неистово билось, то ли прогоняя ее, то ли крича о прежней любви. Потом, словно очнувшись, скрестила руки на коленях. Она склонила голову, и длинные каштановые локоны рассыпались по плечам. И тогда он вновь это заметил.- Почему ты в больничной сорочке?Она лишь тихо всхлипнула.- Елена, ответь мне...- Привет, братишка, - вдруг заглянул в палату Деймон. - О, Елена, и ты здесь...И вдруг девушка сорвалась и выбежала прочь из палаты.Мужчина ошарашено застыл и посмотрел на Стефана.- Ну, как дела не спрашиваю. Рассказывай, что случилось.*****- Тук-тук, - приоткрыв дверь, произнес Деймон и лишь потом прошел в палату.- Привет, - она грустно улыбнулась и перестала теребить на мизинце ставшее маловатым и для этого пальца кольцо, подаренное еще в детстве Стефом, чтобы вытереть глаза и посмотреть на гостя. - Как там твой брат?- Поправится. А что с тобой?- Так, ерунда. Выписывают скоро, - смущенно пожала плечами Елена.- Как себя чувствуешь? - мужчина присел рядом и положил между собой и девушкой маленький букет цветов.- Спасибо, Дей. Намного лучше, - та приняла подарок и зарылась носом в ароматные бутоны.- Елена, извини, но мне необходимо знать: я скоро стану дядей? - и собеседница закашлялась от неожиданности.- Нет, что ты?! Откуда вообще такие мысли?Деймон поднялся и прошелся по палате, вернулся к постели и, сжав металлическое изножие, уставился на свои пальцы.- Ну, Стефан явно не в себе, сказал, что вы поссорились, разволновался, как узнал, что ты лежишь в больнице, а уж когда услышал про гинекологическое отделение... Прошу, пойми, - взглянул он на подругу, - я не хочу читать мораль, а лишь волнуюсь за тебя.- Я здесь не из-за этого, - поспешно успокоила визитера девушка.- Что ж... Хорошо, - с облегчением выдохнул Сальваторе и нервно провел ладонью по волосам. - Но просто знай, ты, если что, можешь рассчитывать на мою поддержку.- Ладно, - смущенно пожала плечами пациентка.- Так почему ты здесь?- Мне кажется, об этом лучше поговорить с Дженой, - покраснела Елена до кончиков ушей.- Ее здесь нет, и, кстати, она вновь без телефона. Кроме того, а Джена мне расскажет, причастен ли к этому Стеф?- Не понимаю, о чем ты, Деймон... - смотрела она на посетителя широко раскрытыми от удивления глазами. В последний раз брат ее друга был так взвинчен... Правда, когда? Когда она сломала руку много лет назад?Мужчина снова сел на край постели и взял в ладони тоненькие пальцы, которые показались ему такими холодными, что он стал аккуратно каждый растирать.- Он... Черт, я не знаю! - Деймон выпустил ее руки и обхватил лицо, заставив посмотреть себе в глаза. - Елена, почему вы поругались? Он обидел тебя?- Дей, ты меня пугаешь... - пробормотала девушка, обняв его запястья, отстраняя от себя.Сальваторе несколько секунд просто смотрел в ее глаза, затем пробормотал: - Прости, - и, отпустив ее, резко поднялся.