— Да бля! — стукнула Света кулаком по столу, застонав.
Девчонки испуганно взвизгнули, озадаченно оглядываясь на дёрганную в последнее время коллегу.
— Светлана, в чём дело? — поправила очки главбух, выглядывая из своего закутка.
— Извините, — пролепетала не совладавшая с накатившими эмоциями девушка.
Уткнулась носом в монитор, нервно дёргая ногой под столом. Зарылась в папки, влезла в интернет, зло гоняя мышку по столешнице и недовольно сопя. Вбила в поисковик запрос, начала тыкать по ссылкам, ища и вынюхивая. Нашла! Радостно угукнула, шлёпнув ладонью по столу.
Девчонки снова взвизгнули, Ниночка от испугу уронила стаканчик с кофе, подпрыгнув на каблуках. Бросила недовольный взгляд на Переступко.
— Светлана, ну в самом деле?! — снова проворчала из угла главбух.
— Простите.
Возвращая внимание интернету, Светик принялась жадно вчитываться в имеющуюся инфу. Скудно. Сердце несчастной взволнованно затрепетало, увидев знакомый прищур серых глаз на фото. Итак, Керчинский Руслан Валерьевич, тридцать шесть лет. Бизнесмен. Город ***. Разведён. Есть дочь. Дальше только про основание фирмы, контрактах с немцами, спросах и предложениях, в общем, муть. Никаких тебе скандалов и разоблачений, никакой информации о личной жизни. Переступко потыкалась, помыкалась ещё. Попыталась найти начальство в соцсетях. Пусто и глухо. Тяжко повздыхав, мысленно посетовав на несправедливость бытия, снова открыла единственную найденную фотографию и вперила в неё жадный взгляд.
Света отключилась от реальности, подвиснув на серых глазах высокого и недосягаемого начальства. И принялась горестно вздыхать.
В этих душевных метаниях и любовании светлым ликом Керчинского прошла ещё одна неделя. Девчонка не находила себе места. Но даже и думать боялась, чтобы идти к Руслану Валерьевичу, открывать свои вдруг вспыхнувшие чувства. Света прекрасно понимала, где она и где звезды. Тот оральный пируэт в конференц-зале был разовым подарком свыше, не иначе.
И случайная встреча с руководством только сильнее убедила Переступко в правильности своих мыслей.
Она как раз возвращался от продажников, таща коробок с бумагами, когда из-за угла, как черт из табакерки, появился Серега Перегуда, а за ним сам Керчинский. Ассистент что-то быстро рассказывал задумчивому гендиректору, тыча пальцем в планшет, тот в ответ кивал. Света так и застыла посреди коридора с коробкой в руках и глупо приоткрыв рот. Залюбовалась.
Руслан Валерьевич выглядел ебательно прекрасно, как нисшедшее с небес божество. У бедной бухгалтерши чуть сердце не выпрыгнуло. Чёрный строгий костюм, галстук чуть расслаблен, одна рука в кармане, начищенные туфли блестели, как Светкины влюблённые глаза.
Перегуда, заприметив стоящую на пути Переступко, в удивлении вскинул рыжие брови. Керчинский смотрел прямо перед собой и, казалось, вовсе не замечал замершую сусликом подчинённую. Светка спохватилась, когда мужчины почти поравнялись с ней. Кашлянув, отпрыгнула в сторону, чуть не выронив свою ношу.
— Добрый день, Руслан Валерьевич! — запальчиво выкрикнула она проходящему мимо начальству, офигевая от своей смелости.
Керчинский мельком скользнул по ней равнодушным взглядом, продолжая хранить молчание.
— Добрый, Переступко! — улыбнулся во все тридцать два Серёга, отвечая за шефа, — совсем загоняли тебя перед праздниками, да? — кивнул вихрастый на коробку в руках Светы.
Та рассеянно кивнула в ответ и дала стрекача в сторону родного кабинета. Было стыдно и больно. Керчинский ее проигнорировал! Посмотрел, как на букашку! А чего она собственно ожидала? Пылких объятий и страстных лобзаний под луной? С чего она вообще взяла, что произошедшее полмесяца назад что-то значило для Руслана Валерьевича? Это для нее, для Светки, ласки Керчинского стали событием вселенского масштаба, перевернувшим устаканившуюся жизнь.