Не бывает?
Представь себе — было.
Почти как у нас на оперативке — литейный цех детали давал, поставщики привозили, сборочный собирал — а плана нету.
Почему?
А потому что, как на том перекрестке — все ехали, кому куда надо, и никто ничего не регулировал.
Не бывает? А вот было, было, не я один свою машину побил.
Подожди, входной звонок, дверь открою, наверно, сын с друзьями пришел.
Алло! Борис Петрович! Пока. Милиция пришла.
Не знаю зачем. Сына спрашивают. До свидания. Потом позвоню.
Заходите, товарищи, с аварией я уже в ГАИ разобрался, машина в ремонте.
Что? Включить светомузыку? Так я не умею. Сына это. Сами включите?
Ну, пожалуйста, а вы что, к сыну на дискотеку? Нет? Странно…
Ну вот, включили — завыло, замигало.
Красный, желтый — почти как на перекрестке, зеленого только нет.
Что? Не может быть, чтобы с тех светофоров снято.
Сумел-то как?
Он большой у меня — 16 лет, не понимает, что ли, что с одним зеленым на перекрестке нельзя?
Не думал об этом? А о чем думал?
Музыку он любит, очень любит.
Так точно с тех светофоров?
И что теперь?
Суд разберется?
Может, штрафом обойдемся?
8 машин попало в аварию на том перекрестке?
Мне, казалось, больше.
Ах ты сынок, меломан…
А красиво мигает: красный, желтый…
НУЖНЫЙ МАРШРУТ
— Поднажмем, товарищи! Еще немного, еще чуть-чуть, — бодро вскрикивал румяный толстяк, намертво вцепившись в заледенелую дверь автобуса. За ним бочком пристраивалась дамочка в дубленке.
— Куда прешь! — взревел сизоносый рыбак, ему удалось зацепиться коловоротом за билетную кассу. — Автобус тебе не резиновый.
— Всем ехать надо, а по утрам всегда так, — авторитетно заявила тетка в пуховом платке, обняв гору мешков, которые она уложила на кондукторском месте.
— Уф, — шумно выдохнул толстяк, дверь за ним с натугой захлопнулась. Дамочка в дубленке тихо застонала.
— Деньги у меня из правого кармана вытащи на билет, — зарычал рыбак, носом показывая направление…
Дамочка робко зашуршала в его кармане. Толстяк радостно засмеялся.
— Проездной надо иметь, товарищи, сколько удобств-то. На рыбалку? — ему явно хотелось поговорить.
— Цирк, — объявил водитель очередную остановку.
Тетка в пуховом платке спиной выдавилась в открывшуюся дверь. Вслед за ней стали выкидывать мешки.
— Стой, стой! — надрывался рыбак. — Не все еще…
В образовавшуюся щель ужом втиснулся парнишка, залепленный снегом.
— Ну, елки, на электричку опаздываю, это 18-й?
— Да, малец, держись крепче, — толстяк нежно прижал его голову к себе где-то у пояса. Автобус тяжело тронулся.
— Чего булькаешь, пескарь, — взъярился рыбак, — это 38-й, на Шершневское катим…
— Вы ошибаетесь, — толстяк подтянулся на верхнем поручне. — Это 18-й.
На задней площадке возникла легкая паника.
— Куда все-таки едем? — пискнула дамочка, ей удалось одолеть еще одну ступеньку.
— Шестой маршрут, — загадочно улыбнулся высокий в пыжиковой шапке.
— Ты мне не шуткуй, — рыбак извернулся, отодрал одну рукавицу от коловорота и схватил высокого за воротник. — На водохранилище катим, понял?
— Понял, — высокий с достоинством высвободился, — шестой маршрут.
— Водителя спросите, водителя, — раздались обеспокоенные голоса.
— Автобус следует по 16-му маршруту, до ЧПИ, — прозвучал уверенный голос водителя.
Рыбак яростно рванул коловорот, сквозь треск билетной кассы прохрипел:
— По 38-му давай езжай, что я, зазря сел, что ли? Метель проклятая, вроде мой номер был…
— Как до ЧПИ? — толстяк негодовал. — Нам же на вокзал надо, товарищи!
— Опоздал, — парнишка тоскливо прижался к толстяку.
Возле библиотеки все стали вываливаться из автобуса, проклиная городской транспорт и погоду.
Высокий, сохраняя остатки достоинства, обернувшись, галантно подал дамочке руку. Но его джентльменство оказалось напрасным. Дамочка осталась.
— Спасибо, друг! — Рыбак всунул ему в руку ящик со снастями. — Вот влипли. Закурим?
Рыбак затянулся.
— Черт, на клев опоздал, а ведь еле влез…
— Да… — Высокий задумчиво смотрел вслед уходящему автобусу. — Спешим все… Суета. Вот и в жизни так: других не пускаешь, с трудом место добудешь, а оказывается — и не туда… — Он усмехнулся.
— Житуха, — рыбак солидно сплюнул. — Лезут, всем успеть надо.
— Успеем, — высокий нервно встряхнулся. — А ты давай, лови. Он побежал на другую сторону улицы.
В городе шел снег…