Ровно с моим последним глотком кофе Ричард спускается с чемоданами. Он в сером блейзере, чёрной футболке и потёртых джинсах.
– Слушай, только поедем до аэропорта на твоей машине. Хорошо?
– Конечно. А что с твоей?
– Ты разве не помнишь? Я говорил – у меня пробило колесо на трассе, а когда полез за запаской, вспомнил, что её там нет. Вспомни, мы одолжили её соседям, когда у них спустило колесо. Вот и простоял, прождал эвакуатор и вернулся на такси. И всё из-за чёртовой запаски.
– Я же тебе напоминала, чтобы положил. А у меня она, кстати, есть?
– Да, у тебя есть, – улыбается Ричард. – Не переживай.
– Ну, хорошо. Но поведу машину я. Ты так устал. Тебя скорее нужно лицом в песок, и не доставать его до полной прожарки.
– Хочешь из меня сделать загорелого мачо? Хочешь, я буду собираться по три часа. Я слышал, что они депилируют всё тело. Да-да. Представь себе.
– Фу, мерзость. Я категорически против. Ходи волосатым, как орангутанг.
– И пахнуть мужиком? – Он поднял бровь.
– Да, это, кстати, страшно заводит.
Мы целуемся.
Положив чемоданы в машину и поставив дом на сигнализацию, трогаемся с места. На улице совсем сухо. Странно, когда так успело высохнуть, после такого ливня?
Без затруднений доезжаем до аэропорта и ставим машину на стоянку. Я уже зарегистрировалась на рейс по Интернету, мы сдали багаж и направляемся к службе безопасности. В очереди разглядываю людей. Замечаю одну странную парочку. Они стоят в разных очередях и делают вид, что не знакомы, но постоянно переглядываются и улыбаются. Интересно, любовники или просто флиртуют? Обручальных колец на руках нет, наверное, флиртуют. В такую-то рань. Надо поинтересоваться, какой сорт кофе они пьют, так как я готова заснуть стоя прямо сейчас.
Пройдя службу безопасности, мы с Ричардом идём к своему выходу и садимся в кресла.
– Жду не дождусь, когда зайдём на борт, я приму таблетку, а проснусь уже от приветствия «Bienvenido a Mexico», – говорю я, кладя голову на плечо мужа.
– Лететь не так уж и долго, может, без таблетки?
– Нет, мне нужно перезагрузить голову. А то я как во сне до сих пор.
– Хорошо. Мне таблетки заменяют…
– Газеты. Знаю. Но ты не спал всю ночь, так что готова поспорить, дальше первой полосы ты не пройдёшь.
– Возможно. Так, похоже, выход наш открыли, пойдём, сонное царство.
– Понеси меня, – капризничаю я, но встаю и плетусь за ним.
Пройдя последние испытания над моим сонным разумом и плюхнувшись в своё кресло, молю о том, чтобы не задержали рейс и мы вовремя вылетели. Всё так и произошло. При взлёте я крепко взяла руку Ричарда, так что костяшки пальцев побелели, и отпустила только тогда, когда пилот сообщил, что мы будем в аэропорту Канкуна через три часа двадцать минут. Хочу принять таблетку, но голова тяжелеет сама собой, я утыкаюсь лицом в плечо Ричарда и проваливаюсь в сон. На этот раз мне ничего не снится, и я безумно рада, когда, проснувшись, вижу в иллюминатор воды Карибского моря.
Глава 2
Лучше, чем сон
Уже второй день нашего отпуска, и моя голова наконец-то стала ясной и начала контролировать тело. Первый день из-за недосыпа и стрессов в ночь отлёта я была такая вялая, что мы почти весь день пролежали на пляже, ничего не делая и редко разговаривая, просто чтобы дать друг другу отдохнуть и погрузиться в нирвану. Конечно, это всё не помешало нам полночи заниматься любовью, причём так активно, что я молила о том, чтобы в отеле была хорошая звукоизоляция.
Кстати, отель нам попался просто шикарный. С того момента как мы въехали, персонал был неотразимо любезен, а атмосфера отеля располагала только к отдыху, и даже дождливая погода Чикаго не вспоминалась. Территория отеля была столь велика, что казалось, это целый город. Но нам уже не терпелось начать исследовать поселения, джунгли, пирамиды, море и всё-всё-всё, что предлагала Мексика.
Со всех сторон звучала музыка, куда бы мы ни приходили. Ещё в первый день мы облюбовали одно чирингито. Это такой пляжный барчик, в котором звучал постоянно реггетон и схожие мотивы, от которых тело танцевало само. Хотя, может, это ещё и от самых разных и цветастых коктейлей, которые мы распробовали в баре. Ну и народная музыка мариачи, везде мариачи.
Отпуск только начинался, а в камере было уже около двух тысяч фотографий. И это притом, что упаковку с камерой, которую подарила Мэй, мы ещё даже не открывали. Но главное – это приятное чувство, когда ты себе ни в чём не отказываешь. Нет, я не про материальные блага, а совсем про другое. Я постоянно занималась в тренажёрном зале и имею полное право наедаться до отвала Я всегда довольно сдержанно себя вела, поэтому имею полное право бегать по пляжу и громко петь, плясать до утра и смеяться. Я жалела Ричарда, когда он приходил уставший с работы, а теперь не слезаю с него. Или, точнее, не позволяю ему слезать с меня до тех пор, пока у меня остаются силы дышать. Пусть хоть война начнётся, но пока я не стану бронзового цвета, с пляжа не уйду. Опять же это всё в той или иной степени личная свобода для меня. То, что никто не имеет права у меня отнять.