- Ишь ты – «с радостью»! Сделал своё водное дело и довольный?
Вдруг полковник быстро подошёл, наклонился ко мне и поцеловал меня прямо в кончик носа. Я опешила и задохнулась от возмущения.
- Кот чеширский!
Он опять поцеловал в тоже место.
- Барс речной!
Он заржал и снова поцеловал.
- А почему «барс» и «речной»?
- Да потому!
Не могла же я сказать, что я ему прозвище дала «Барс кошатый»! Это наглость – пользоваться моим беспомощным положением! Он сел на стул, хотел что-то произнести, как открылась дверь:
- Лин, ты как? Мы почти собрались. – Лу никогда не станет дипломатом. – Саш, отнесёшь Лину в машину? – это уже к Вершинину. Ого, какие подвижки, пока я тут в отключке валялась.
- Или тебе «Скорую» вызвать?
Я решила повредничать:
- Конечно, «Скорую»! Меня тут чуть не убили, и вы решили просто так отделаться! Нести он меня будет! Ха! Вызывай!
Вершинин обомлел от услышанного, но поспешил ретироваться. У меня такое подозрение было, что «Скорую» вызвали ранее спасатели, потому что после нашего разговора машина медпомощи приехала достаточно быстро, спецы меня осмотрели и взяли на борт.
Вереница машин сопровождала нас до клиники, где мне зашили руку и решили оставить на три-четыре дня. Дочь позже примчалась с моим бывшим мужем. Я их уверила, что со мной всё в порядке: ну подумаешь – синяк во всё тело да небольшая рана на руке. Евгений озабоченно оглядел меня, поинтересовался, может, что нужно.
- Мне ничего от тебя не надо. А ты, Юль, вещи привези мне, пожалуйста, завтра к утру.
- Хорошо, мамуль. Что-то, может, хочешь?
- Гигиенические средства, одежду и свари бульона куриного. Ты знаешь, где курицу взять.
- Хорошо. Ты лучше расскажи, что приключилось.
Евгений вызвал желание послушать мою историю, но мы с Юлькой выпроводили его из палаты, и я кратко поведала дочери, что произошло.
- Ма, ты без приключений не можешь, довела мужчину до состояния близкого к обморочному.
- Ничего, ему полезно будет.
- Он хочет тебя видеть.
- Зачем? Говорили же. Нет. Пусть отправляется к себе. Спать хочу. Тело ломит от боли.
Мы еще немного поговорили, и Юлька вскорости ушла, оставив меня в раздумьях.
Никак я не могла предположить такой исход от нашей поездки. Всё что угодно, но не это – испорченный выходной. Не удержалась в седле гидроскутера. Хорошо, отделалась небольшой операцией, но какой – от безымянного пальца до локтя шов – это от ключа, что пристегнут был к запястью. Придётся обращаться к пластическому хирургу, как-то не охота с таким шрамом разгуливать, привлекая к себе внимание. И для чего ему меня снова видеть?! Я… хочу… спать… И отрубилась… в глубокий исцеляющий сон.
6
Утро воскресенья меня удивило: заснула в одной палате, проснулась в другой – как я полагаю, в VIP-палате. А цветов моих любимых – море. Вершинин ограбил питомник? Запах стоял одуряющий. Я попыталась встать, м-да, сделать это было сложно, потому как ломило всё тело. Прошла, прокряхтев, как баба ёжка, в душ, глянула на себя в зеркало и испугалась: жуть жуткая, так, наверное, лесная дива выглядела – кикимора болотная. Вчера я, вероятно, была зеленовато-буро-жёлтая и вся сплошной отёк, который и сегодня сохранялся, но цвет - еле сняла с себя больничный халат - синюшно-багровый почти по всему телу, поэтому и болело всё. Еще бы – удар такой силы волны, байк мой и этого кошатого! Как жива осталась?! Спасибо тебе, боже! Вспомнила, как этот барс «речной» целовал мой нос – блин горелый, только он один и был нормального цвета. Хохотнула. Но, думаю, скоро синяк от глаз сползёт и на него. Да, красота – жуткая сила!
Из душа прошла, нет, почти проползла обратно в палату, открыла окошко, откуда почти влетел свежий воздух вместе с дождём, предвещающим скорую осень - моё любимое время года. Глянула – начало восьми утра, скоро медсестра придет с системой. Наслаждалась видом из окна: парк вокруг разбит красивый, всё уже не только зеленого, но и желтовато-бордового цвета - деревья, кустарники; небольшие фонтанчики с водой. Птицы поют. Запах потрясающий! Лепота! Глянула на тумбочку - телефон заряжен на сто процентов – услуг полный комплект, думаю, благодаря Вершинину. Посмотрела – сообщений ворох, читать не стала. Кувшин с водой, красивый, из чешского стекла, стаканчик. Выпила, вода очень вкусная, по-моему, с лимоном. Пришла медсестра, симпатичная женщина лет сорока, поставила систему с уколом, с улыбкой поговорила со мной и ушла. Обход будет только в понедельник. Дежурный врач появился к девяти, деловито и по существу поговорил со мной и отправился дальше. Приехали Юлька с Надеждой, которые, увидев меня, от страха закрыли рты ладонями и тихо со мной заговорили о всякой всячине. Я выпила бульон - очень вкусно было; просила дочь мне помочь помыться, а то душ не удержу в одной руке. Потом переоделась в своё и легла.