Та глубоко вздохнула и задумалась, взяла грушу, лежащую в тарелке, откусила кусочек, переместилась к окну и, пока её не съела, не отмерла.
- Какая груша вкусная, сочная, сладкая.
Я сглотнула, невольно представив сцену с Вершининым.
- Что решила?
Нас перебила медсестра:
- Дамы, пора расставаться – время.
- Лена, сейчас, скоро моя подруга уйдёт, не переживайте.
Та ушла. Мы молчали, каждая думая о своём. Я поднялась с кровати, аки старушка, к подруге и выглянула в окно – слава богу, никого.
- Лу, давай так, ты подумай. Может, ну его эти генеральские планы? А завтра мне напишешь, продолжишь с ним играть или оставишь всё на самотёк? Мне без разницы, как решишь, так и будет. У меня своих проблем, как видишь, выше крыши.
- Хорошо, Лин, договорились. Не стану тебя больше утомлять. Я побегу, завтра день насыщенный. Пока.
- Чао, Луиза.
Подруга убежала. А я наконец, решила ответить на паровозы сообщений и потратила на это почти два часа. Ближе к ночи от человека, пытавшегося разбить мой панцирь холода, пришло сообщение:
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолётное виденье,
Как гений чистой красоты.
Какое горькое презренье
Ваш гордый взгляд изобразит!
Чего хочу? с какою целью
Открою душу вам свою?
И можно с южными звездами
Сравнить, особенно стихами,
Её зелёные глаза.
Она владеет ими смело,
Они горят огня живей -
Глаза Василины моей!
Он, вероятно, вздумал меня закидать пушкинскими стихами однозначно. Я ничего не ответила. Он снова такой же микс стихов прислал. Прочтя их, я просто написала: «Спасибо». Больше он не писал. Ну и славно.
7
В среду у дочери день рождения, надо хотя бы во вторник выписаться. Я же заказала кафе для неё. Поэтому уже с утра в понедельник я стала проситься у врача домой. Скрепя сердце он согласился, взяв с меня расписку. Юлька приезжала со своим отцом – очень он хотел видеть меня. И опять совпало их прибытие с дружеским визитом Васильева с Орловым. Что ж мой бывший супруг такого сделал, что на него почти звериные взгляды кидают мужики? Странно!
Вершинин не приехал ко мне. Ну и хорошо, потому что выглядела я также непрезентабельно. Конечно, еще всё тело болело, но благодаря системам и какой-то поистине волшебной мази (впоследствии узнала, что это Вершинин достал по великому блату) синяки стали потихоньку уже менять цвета. Такими темпами и методами я выздоровею к концу недели.
А вот вторник меня удивил, во-первых, звонком из комитета, что мой проект утвердили, и надо за ним приехать, да и на работе, несмотря на больничный, меня ждали. Да, в таком виде в мэрию соваться нельзя. Приехала моя визажист, которую я попросила приехать, ужаснулась моему виду и приложила максимум усилий, чтобы привести меня в относительный порядок.
Наконец с листком выписки я вышла из больницы, опираясь на руки медсестры Лены, которая захотела меня проводить. Разочарованно посадила меня в такси. Я усмехнулась – однозначно, она решила, что меня встретит «жених».
В свою частную школу я прибыла в прекрасном настроении. Коллеги были шокированы моим видом. На работе чуть-чуть выпили шампанского за успех нашего апгрейда, а я не стала долго задерживаться и поехала домой. От костюма, что Юлька привезла, саднило, было больно, хотелось раздеться и в душ. Это я и сделала по прибытии. Уже проглядывала через багрово-синие гематомы небольшая желтизна – верный признак выздоровления. Разрулила все проблемы с кафе, наконец, привезли подарок для моей красоточки.
Юлька, увидев вечером меня дома, обрадовалась и попеняла мне:
- Ма, ну не можешь ты даже в больнице усидеть: домой надо. Не удивлюсь, если скажешь, что ты и на работу успела съездить. – я кивнула головой. - Мы с папой проехались по городу. Он мне такое платье с туфлями купил – блеск! Хотела его к нам позвать, но он отказался и остался в гостинице. Завтра днём уезжает. Да, бабушка звонила, приедут с дедушкой ко мне на день рождения. Ты знала?