- Можем мы это всё прекратить? – нервно почти выкрикнула Луиза. Мы на неё глядели сочувственно, но с хитрецой. – Что!? Что вы на меня так смотрите? Не могу я больше так! Он раздражает меня! Я его убью когда-нибудь! Я, я… я же женщина, у которой мужика не было почти пять лет, а он со своими смс-ками до ручки меня довёл! Не могу так больше! Сил нет!
Я вышла из-за стола и прошла в небольшую каморку, где обычно переодевалась. Нашла валериану в одном из отделений шкафчика, накапала подруге в стакан с водой, дала ей выпить. Она выпила раствор, как водку, и вдруг как зарыдает. Девчонки бросились к ней. А Ирина, обнимая её, говорила:
- Андрей такой – доведёт барышню до белого каления, а сам на дерево, и там, как рысь, выжидает. Успокойся, тебе надо только успокоиться. Что – смс-ки пишет и доводит до умопомрачения своими хотелками? - Та кивнула. – Кот-т-тяра!
Я вопросительно на неё глянула.
- Да однажды с двумя его любовницами общалась, поэтому в курсе. Я полагаю, наша задача как раз и заключается в том, чтобы и он, и все остальные не смотрели на нас, как на просто объект вожделения? Правильно? Вам же не нужны отношения на одну ночь?
- Естественно!
Жена Орлова благожелательно поглаживала нашу жертву страстного Васильева. Я тут же выдала сумасшедшую идею о том, как себя вести с ним Луизе. Та затихла, выслушала, задумалась и… согласилась.
Разъезжались мы уже в начале девятого. Пока всё обсудили, я честно им рассказала о поведении полковника, только про поцелуй не стала говорить. Девчонки искренне порадовались за меня, но я отмахнулась, потому что не верила ему: он только со мной играется. Ирина качала головой: Вершинин – не Васильев! Он не играет с женщинами. Я только отрицательно качала головой – не верю!
Дома меня встретили родители с Юлькой. Мама всё пыталась меня разговорить, но я настолько устала, что только чаю выпила и потом ушла спать. Юлька же, постучав, прошла с разрешения в мою комнату и, пока я стирала с лица макияж, рассказывала, как они отдыхали, веселились, как получилось, что она выпила «эти коктейли, которые оказались ну очень вкусными». Я только улыбалась.
- Ма, а во сколько мы приехали?
- В четыре утра.
- Ого! Ты извини меня, пожалуйста. Так классно было. Спасибо тебе огромное. Фламенко у меня очень хорошо получался. Я подумала, наверное, стану заниматься танцами.
- Юльчик, вы веселились – это здорово! Кстати, фотограф мне вышлет фотографии только на следующей неделе. Он вроде бы и видео должен был еще сделать.
- Ой, лучше не надо!
- Да что ты? – я засмеялась. - Там есть что-то, что тебя компрометирует?
- Не помню!
- Ну ты даешь, беспамятная моя! Пришлёт, и мы с тобой глянем, как же ты с друзьями отдыхала.
- Мам, ты заметила, как потихоньку сходят синяки с твоего тела? – переменила резко тему хитрая дочь.
- Конечно, каждый день рассматриваю. Лицо и верхнюю зону тонаком замазываю. Завтра надо будет съездить на перевязку в клинику.
- Ты у меня самая лучшая мама! – и в порыве обняла меня, я чуть не заорала – было еще больно – но стиснула зубы до скрежета.
- Спасибо, давай, солнце, спать.
- Спокойной ночи, мамуль.
И, уже находясь на кровати, я получила сообщение от полковника: он в шоке от того, что его сын знаком с моей дочерью, и, по его мнению, тот в неё влюблён. Я же отослала ему смайл «улыбку» с ответом: «Я в курсе!» И как всегда отключила телефон. Представляю, как его это бесит! Х-х-ха! Я такая!
9
Пятница выдалась такой же насыщенной по делам, как и четверг. Собрала со своей администрацией спонтанный педсовет, сообщила тем, кто еще не в курсе, о грядущих переменах: нам утвердили во всех инстанциях программу по внедрению инноваций в нашем центре: эстетический кружок, фехтование, открытие бассейна, который мы потихоньку из средств экономии ремонтировали, танцевальный кружок, йога. Специалистов я уже пригласила, буду заключать с ними договора. И самое главное – нам из областных средств выделяются субсидии, в рамках развития региона. Все очень обрадовались, но немного порассуждали: работы прибавится. Особенно покряхтел мой зам по АХЧ: «Ох уж этот бассейн, лучше бы убрали его совсем. Вот же головная боль!» Я попеняла ему:
- Наследство, доставшееся нам в виде этого детского садика, необходимо улучшать, а не уничтожать!
- Василина Викторовна, так я об этом же и говорю, что мороки с ним, как с новыми сапогами!