– Эй, Витька. Ты чего такой измочаленный? – спросил его тогда Артур с такой невозмутимостью, будто «стена» куда-то резко исчезла.
И хоть Виктор удивился этому, но решил подыграть. И тем же вечером вместе они отомстили в неравной схватке. Отомстили сполна и за свою однорукую судьбу, и за издевательства мальчишек.
Виктора тогда весь вечер окрыляла победа. Даже когда Артур уснул и сопел рядом, на соседней кровати, он сам ещё долго не мог уснуть, перевозбуждённый новообретённой силой и радостью, что невидимая стена рухнула, и, быть может, теперь они с Артуром станут настоящими друзьями.
Однако следующим утром, когда Виктор попытался увязаться на прогулку вместе с Артуром, тот остановил его и сказал:
– Не иди со мной.
– Почему?
– Потому что я не хочу гулять с тобой.
– Но… Почему? – с небывалой растерянностью, затмившей обиду, спросил Виктор.
– «Почему, почему», – съязвил Артур. – Да по кочану!
Виктор тогда едва не заплакал от обиды, и только обретённое вчера в акте возмездия мужество и сжатый кулак не позволяли слезам пролиться.
– Мне не нужно, чтобы ты со мной шёл. Ясно тебе? – прошипел Артур.
– Но если Лютый захочет тебе отомстить? Если он поймает тебя где-нибудь? – попытался зацепиться хоть за что-то Виктор.
– Ничё он не сделает, – усмехнулся с проступающей подростковой хрипотцой брат. – Только может папочке пожаловаться.
– А если кто другой? А если они все вместе? Как вчера меня…
– Отобьюсь одной левой, – хохотнул Артур и слегка дёрнул единственной левой рукой. – Что со мной будет?
Когда казалось, что разговор окончен, Артур попытался выйти из комнаты, но Виктор вновь поплёлся за ним, точно маленький назойливый щенок за взрослым псом. Тогда Артур разозлился не на шутку и толкнул брата так, что Виктор больно присел на копчик и сбил при этом хлипкую тумбочку, с которой тут же полетели карандаши, ручки и ножницы.
– Мне телохранитель не нужен, Витька, – строго объявил Артур, и его яркие зелёные глаза сверкнули той же хищной жестокостью, с какой он избивал хулиганов. – Хватит бегать за мной хвостом.
Брат ушёл, хлопнув дверью. Виктор остался один, сидеть на полу и собирать карандаши вместе с остатками гордости.
То был первый и последний их разговор за много лет. Маленькая брешь в стене, которую вскоре заделало время, и всё стало прежним – таким же молчаливым и отдалённым.
Глава 28. Грифон
В сумеречном коридоре дверей Ньютон прикрыл глаза, сосредоточился и попытался войти в архив мира снов, как его учил Гуру. Он представил дубовую дверь с металлической решёткой и железным грифоном на ней.
Хранители настороженно зашипели, но Ньютон старался не обращать внимания и не отвлекаться от поиска.
Среди серебристых нитей энергии, оплетающих всё в мире снов, он увидел около тысячи дубовых дверей с выкованными птицами. Каждая из этих дверей потенциально могла бы принадлежать Корвичу. Ньютон просмотрел около пятидесяти из них, и когда шёпот стражей всё же стал громче, то открыл глаза и увидел вокруг себя стаю хранителей. Они предупреждающе смотрели на него с ободранного потолка и стен, выпячивая вытянутые головы и плечи.
Ньютон ответил им спокойным взглядом и, как ни в чём ни бывало, зашагал от них прочь, мысленно рассуждая. На то, чтобы отыскать нужную дверь из тысячи ему потребуется немало времени и энергии. Чтобы ускорить и облегчить поиск, ему требовались детали. В идеале было бы знать размеры двери, цвет решётки, особенные царапины, да что угодно, лишь бы сузить круг поиска.
Тогда он вспомнил, что Корвич упомянул эмблему Лиги Весов на левой лапе грифона. То, что нужно! Но Ньютон понятия не имел, как выглядит эта эмблема.
Сначала он решил пойти к Ане и спросить у неё, но затем отбросил эту идею. Сердцем он доверял девушке и отказывался верить в то, что она заодно с Гуру и что может что-то от него скрывать. Но разум подсказывал, что если слова Корвича правда, то лучше не вызывать лишнего подозрения раньше времени.
Тогда он телепортировался в бункер.
Гуру с артефактом всё ещё не вернулся, так что его комната пустовала. Ньютон не был уверен, что учитель, бредущий где-то через общую территорию, не почувствует чужого присутствия в своём подсознании, поэтому заранее придумал объяснение – он просто зашёл проверить, не вернулись ли Гуру и Хосе. К тому же, он и правда надеялся, что обнаружит в бункере малыша живого и невредимого. Надеялся, что тот встретит его радостным криком и скажет что-то вроде: