На полу возле кровати валялись мокрые доски и щепки. Ньютон подошёл к Ане, задрал голову и увидел в кривом отверстии кусочек голубого неба.
– Кажется, и шифер пробило, – сказал он с показным сочувствием.
– Да. Я смела осколки в тот угол. Но ты всё равно смотри под ноги, а то порежешься.
Ньютон усмехнулся, но продолжил подыгрывать:
– Вот дела… Ты не пострадала?
– Нет. Только страшно перепугалась. Спала себе, и тут раздаётся такой грохот! Я думала, сердце разорвётся. Открываю глаза, а из этой дыры льёт, как из ведра, и прямо мне на одеяло!
– Постой, – Ньютон сбросил притворство. – Ты говоришь, когда ты спала?
– Да. Люди же должны иногда спать, Ньютон, – поучительно сказала девушка и стала прилаживать брусок к пробоине. – Не подашь молоток и гвозди?
Ньютон увидел под ногами массивный ящик с инструментами и пригоршню гвоздей.
– Но какой смысл спать в мире снов? – спросил он, подавая всё необходимое. – Это вообще возможно?
– Возможно всё, Ньютон, – Аня улыбнулась.
– И на что это похоже?
– На здоровый человеческий сон, в котором ничегошеньки не запоминается, – одной рукой Аня пыталась одновременно держать заплатку и прицелиться длинным гвоздём, зажатым в пальцах. А в другой руке нетерпеливо подрагивал молоток.
Ньютон задумчиво посмотрел на Анину расправленную кровать. Казалось, ей пользовались чаще, чем той кроватью, что стояла в спальне Виктора в реальности.
– Ты вообще хоть иногда покидаешь мир снов? – нахмурившись, спросил Ньютон, но не услышал ответа.
Аня ударила молотком и испуганно взвизгнула. Гвоздь выскользнул из её никак не предназначенных для подобной работёнки пальцев, и деревянная приладка упала вниз, ударив Ньютона в плечо. Он ощутил удар как лёгкий шлепок детской ладонью.
– Прости, – виновато протянула Аня.
– Спасибо, что не молотком, – он улыбнулся.
– Подашь? – спросила девушка.
Ньютон с удивлением взглянул на брусок у своих ног и спросил:
– Зачем?
Аня скрестила руки на груди. Она всё ещё покачивала молотком и недовольно смотрела на гостя сверху вниз.
– То есть, зачем ты заделываешь дыру… – попытался объяснить своё непонимание Ньютон. – Ну… Вот так буквально. Просто верни всё, как было, или создай новую крышу, новый потолок, и не придётся мучиться.
– Хочу и мучаюсь! – Аня гордо вздёрнула свой мальчишеский подбородок, точно героиня труда с агитационных советских плакатов. – Подай мне гвозди, – она властно протянула руку. – А лучше возьми второй стул и подержи эту доску, пока я буду её приколачивать!
– Да брось ты. Зачем этот спектакль? Ты занимаешься бесполезным делом.
– Ах вот как ты заговорил! – она склонилась над ним. – Ну-ка, учёный, назови мне хоть одно небесполезное занятие из тех, что есть на свете? И только не вздумай упомянуть Орден с его дурацкой миссией.
– Ха! Да я и не думал!
– Вот и славно. Назови что-нибудь земное, и тогда, может, я перестану страдать ерундой и займусь чем-то другим.
– Учить детей. Или студентов, – ответил Ньютон, недолго подумав. – Это полезное занятие.
– Ты видишь здесь где-нибудь детей? – Аня окинула комнату взглядом. – Лично я вижу здесь только одного, безнадёжного неуча. Даю вторую попытку.
Ньютон снова задумался и через секунду обречённо вскинул руками:
– Ну, не знаю! В голову ничего не лезет. Твоя взяла. Нет разницы, чем заниматься – бесполезно одинаково всё!
– Что ж, уже лучше, – Аня игриво подмигнула и выпрямилась. – Поэтому из всех бесполезных дел я выбрала это, – она тряхнула молотком. – Мой дом пострадал от непогоды, и я должна его подлатать. Так что, или помогай, или не мешай.
Ньютон с безнадёжной улыбкой покачал головой, а затем принёс из кухни свободный стул, подобрал брусок, гвозди и поднялся к Ане. Ему пришлось неудобно изогнуть шею, чтобы не удариться темечком об потолок. Он приладил брусок, прицелился гвоздём, остальные три зажал в зубах.
– Давай, – невнятно скомандовал он и Аня, в детском азарте высунув кончик языка, ударила пару раз, но гвоздь не вошёл ни на миллиметр. – Может, сучок? – предположил Ньютон. – Попробуй вот сюда.
Он переместил гвоздь и Аня ударила снова. Гвоздь поддался. Ещё удар, тонкий скрип и по бруску пошла трещинка. Аня врезала по доске в последний раз, и внезапно над их головами что-то безжалостно затрещало.
– Берегись! – крикнул Ньютон, когда сверху посыпался мусор, и, обхватив Аню за талию, оттолкнулся от края ненадёжного стула.
Они вместе повалились на кровать, а трещина под потолком уже через миг превратилась в огромную брешь. Прогнившая несущая балка обрушилась на пол, разломившись надвое, и с ней же добрая половина потолка.