Аня закашлялась, и когда облако пыли рассеялось, громко засмеялась, оглядывая катастрофические увечья своего жилища: разодранный потолок, над которым в голубом небе летели птицы, досками ощетинившийся пол, смятые стулья и неуязвимый скромный молоток вместе с целёхонькой заплаткой среди этих руин.
Ньютон, осыпанный серой пылью, тоже хохотал.
– Пожалуй, ты прав, – отдышавшись, произнесла девушка. – Это самое бесполезное занятие из всех!
* * *
Аня восстанавливала дом, вернув все детали погрома на свои места, будто пазлы. Пока она переодевалась, Ньютон ждал её во дворе, в тени дуба.
Когда девушка показалась на крыльце, на ней была лёгкая короткая куртка, рюкзак, джинсы и сапожки.
Ньютон после возвращения из Эдема принял прежний облик – двурукий и белокожий, без каких либо следов от пережитых приключений. Аня же выглядела загорелой, и на шее её виднелись ссадины от остролиста и несколько комариных укусов.
– Здесь есть озеро неподалёку, – заговорила она. – А есть лес. Выбирай.
Ньютон взглянул на заснеженные горы далеко на горизонте и спросил:
– А там что?
– Скалы, ветер и парочка снежных барсов. Очень голодных, – Аня подмигнула.
– Давай отправимся туда.
– Почему именно туда?
– Не знаю, – честно признался Ньютон. – На самом деле, давай пойдём туда, куда хочешь ты.
– Тогда сначала к озеру, а затем в лес, – девушка поманила его за собой. – У меня закончились травы для чая. Поможешь собрать.
– Как скажешь.
Тропинка огибала хвойно-лиственный лес и сопки. Ньютон шагал за Аней уверенно, совершенно не отставая и не чувствуя усталости несмотря на усиленность всех законов физики в этом месте. От пребывания в Эдеме всё же была польза, подумал он. Ноги его, как и воля, окрепли за время путешествия. Но довольная улыбка на лице Ньютона внезапно сменилась печалью.
– Гуру так и не объявлялся? – спросил он.
– Думаю, – задумчиво протянула Аня. – Теперь о его возвращении ты узнаешь раньше меня.
Ньютон нахмурился:
– Хосе тоже не объявился, – сказал он. – Я заходил в бункер. Думал, что он оставит записку или дождётся меня там. Но там никого.
Аня мягко коснулась его плеча:
– Не переживай. Я уверенна, Гуру вытащил его.
Ньютон не поверил и только вымученно улыбнулся.
Анино озеро совершенно не походило на тот грязный колодец в Эдеме. Оно было намного больше и чище, а каменистый берег, на который они вышли, сплошь усеивали хрупкие белокрылые бабочки. Ньютон сразу узнал капустниц, потому что в детстве не раз был свидетелем их мучительных казней, когда Артур ловил этих беспомощных, беспечных созданий и изощрялся над ними, как только подсказывала ему жестокая детская фантазия. Он отрывал им одну за одной лапки, крылышки, а затем поджигал тушки и с улыбкой смотрел, как те деформируются и лопаются. Как-то раз Артур не сжёг, а лишь слегка «подогрел» одну из бабочек, закинул в рот и с жадным хрустом съел. Он тогда перехватил любопытный взгляд Виктора и с равнодушием сообщил, что на вкус бабочка, как недожаренная семечка. «Только зёрнышко склизкое и горячее».
Белый рой грелся на тёплых влажных камнях и протянулся по длинному берегу, уходящему к деревьям и скалам, которые отражались в поверхности озера.
– Подойди, – позвала его Аня, присев около роя.
Ньютон послушался. Аня взяла его за запястье и провела его ладонью над бабочками, так что он едва касался крыльев. Капустницы стали вспархивать одна за другой, тихо шелестя нежными крылышками и задевая ладонь восторженного Ньютона. Он заворожённо глядел, как всё больше этих созданий взмывает вверх, и вскоре весь берег словно ожил и заплясал.
– Нравится? – спросила Аня.
Улыбка Ньютона и блеснувшие глаза, в которых бесконечно рябили белые крылья на фоне голубого неба, ответили за него. Когда стая стала отдаляться, перелетая на другой берег, они поднялись, и Аня спросила:
– Пойдём по суше или по воде? У меня здесь лодка недалеко.
– Лучше по суше.
– Ты не очень то любишь воду, да? – спросила Аня, когда они зашагали вперёд.
– С чего ты это взяла?
– Ну, во-первых, помню, как ты не мог собраться на той тренировке по телепортации, когда шёл ливень. Во-вторых, видела, как ты смотрел на реку, когда мы выбирались из Эдема. И ещё помню, как ты закричал, когда Хосе попытался тебя затащить в то чудесное озерцо.
– Значит, ты слышала, – с сожалением произнёс Ньютон, и мрачно улыбнулся. – Озеро полное мышиных трупов. Так себе удовольствие в нём купаться.
Он надеялся уйти от темы, но Аня оказалась настойчивой:
– И во время дождя ты всё время вжимаешься сам в себя так, словно растворишься, если вымокнешь чуть сильнее… Ну, так что, поведаешь мне о своих печалях?