Глава 22
Здравствуй, Люба
В окно я увидел красивую молодую женщину в белом халате, которая показалась мне знакомой. Я не мог понять, где я ее видел, но мог поклясться, явно не здесь. Она шла по коридору мимо меня, а я все размышлял, где мог ее видеть. Она прошла, глянув на меня мельком, когда ее окликнула медсестра:
— Любовь Александровна, зайдите в ординаторскую.
Это Люба.
— Любовь Александровна, а вы больного не можете срочно посмотреть?
Услышав мой голос, Люба резко остановилась, повернулась ко мне.
— Витя, Витенька, неужели это ты?
— Это то, что от меня осталось, но пообещали все восстановить.
Люба повернулась ко мне, обняла и крепко поцеловала. Потом отстранилась, внимательно меня осмотрела:
— Ты в каком отделении, какой палате? Я освобожусь и тебя обязательно найду.
По дороге в ординаторскую она несколько раз оборачивалась, словно хотела убедиться, что ей это не привиделось. Она здорово похорошела, хотя и при нашей встрече выглядела прекрасна. Буквально через час мы сидели рядом на скамейке в тенечке под деревьями. До этих наших посиделок, я терзался вопросом, о чем с ней говорить. Ведь вместе мы провели только один вечер. Пообнимались, потрахались и разъехались. Я ничего не знаю о ней, а она обо мне. Да кроме всего прочего, после той сауны прошло больше пяти лет.
Оказывается, за этот час Люба успела выучить мою историю болезни, поговорить с ведущим меня врачом, определить сроки достаточно полного выздоровления.
— Что бы нам стало проще, Витя, давай я начну свой рассказ первой. В этот год, год нашей встречи, я оканчивала медицинский институт. Нравы в институте были свободными. Со своим парнем, в то время, мы уже разъехались. Он институт окончил на два года раньше меня. Уехал по распределению. Там влюбился и женился. Примерно такая история у моих подружек. От того, что мы в сборной института по пулевой стрельбе, нам пообещали выбор места работы при распределении. Наша встреча оказалась уже завершающей на нашем стрелковом поприще. После Универсиады начались выпускные экзамены. Я выбрала Ташкент. Работала в различных больницах, а потом меня пригласили кардиологом в этот госпиталь. Работаю здесь около года. Была замужем, но муж год тому назад погиб. Детей нет. Живу одна недалеко, в двухкомнатной квартире. Есть подруга, с которой мы коротаем вечера. Мужиков у нас нет. Вот вся моя история. Слишком часто вспоминаю тебя. Подобного в моей жизни больше не происходило. Надеялась и не надеялась тебя встретить. Хотела у Паши взять твой адрес или номер телефона, но узнала, что ты женат. Вот сейчас увидела и обрадовалась, что встретила родного и близкого человека. Теперь расскажи, как ты, но только прошу, не ври, что все эти годы думал только обо мне.
Я торжественно начал:
— Буду говорить правду и только правду. Честно, но я о тебе вспоминал. Очень жалел, что наша встреча оказалась такой короткой. После Львова трижды попадал в неприятные истории со скандалами и мордобоем. Будет время, расскажу. После последнего скандала, начальники задумались, куда меня деть. Решили отправить подальше. Так я попал в Афганистан. Командир дивизиона, подполковник. Все мои болячки ты уже знаешь. Сейчас вопрос смогут ли меня поставить на ноги так, чтобы я остался в армии. Если уволят, то гражданской специальности у меня нет. Нужно будет начинать все сначала. Нет квартиры, нет и специальности.
— Витя, ты здесь уже второй месяц, а где твоя жена?
— Она живет и работает в Ужгороде. Я ей о своих ранениях не писал. Боюсь вдруг она припрется сюда. Все равно, кроме ахов, охов и причитаний от нее помощи никакой не будет. Вот буду знать все результаты и заключения, тогда поеду туда и там, на месте, все будет ясно.
— Интересная у вас семья. Я бы так не смогла.
— Я считаю, так правильно. Скажи, а что тебе врачи сказали?
— Сказали, жить будешь, но не сказали с кем. Через три дня освободят ногу, снимут повязку с головы и груди. Я найду тебе тугой наколенник. Лет двадцать будешь ходить с ним. В плохую погоду все раны и кости будут болеть, но это будет зависеть от тебя. Как ты будешь себя беречь. У тебя жесточайшее сотрясение мозга. Если грамотно будешь жаловаться, то в совокупности все ранения дадут возможность свободно получить третью группу инвалидности. Сейчас могут не дать, если хочешь остаться в армии. При увольнении пожалуешься и станешь официально инвалидом. Второй группы не дадут, но на третью ты потянешь свободно. Гипс с руки снимут через десять дней, если не будет рецидивов. Я попрошу, и тебя могут продержать здесь, но не более одного месяца. Два-три месяца могут дать на реабилитацию. Так что, если хочешь остаться служить, то в войска на новое место службы сможешь попасть в конце ноября — начале декабря. Но это все при благоприятном раскладе. Я завтра заступаю на ночное дежурство, поэтому завтра днем тебя освободят от всех твоих повязок, кроме руки. Вечером, если все будет нормально, отпразднуем встречу. Стол я беру на себя.