— Но ведь его искалечили, практически ни за что. Превратили в инвалида. Теперь он до конца жизни спать нормально не сможет. Давай, не будем это обсуждать. Это как анекдот про китайцев. Решили в международных организациях их оскопить. Создали три медицинских бригады. Американцы сообщили, за первый день операции сделали сотне китайцам. Немцы отрапортовали про сто десять человек. А советские врачи сообщили про пятьсот пятьдесят человек. На следующий день американцы и немцы пошли перенимать опыт. Наши врачи привели всех в гараж. Залезли советские специалисты в траншею, у каждого врача по два кирпича. Китайцы без штанов встают над траншеей. «Врач» по кирпичу в руке, колотит по яйцам. «Следующий». Американцы и немцы в ужасе: «Так ведь больно же!» А врач говорит: «Конечно, больно, когда палец между кирпичами попадает». Мы чужую боль так остро не ощущаем. Вот поэтому в цирке клоуны бьют друг друга по морде, и все смеются. В кино падают, разбиваются. Главные герои стреляют, взрывают. Идет кинофильм. Стрельба, главный герой кладет всех подряд штабелями. А кто задумывается о том, что вот у этих убитых есть мать, отец, жены, дети, любимые. За каждой смертью — семейная трагедия. Разве мы об этом задумываемся. Мы пришли в Афган, на чужую землю. Мы стреляли по поселкам, городам, кишлакам. Мы что, думали в кого попадут наши снаряды? А старики, дети добивали наших раненых при разгроме колонны лопатами, мотыгами. В кишлаках дети 10–13 лет, старики, которым за семьдесят, стреляли нашим солдатам в спину. Наше дело правое. Мы пришли исполнять интернациональный долг. Я не хочу об этом говорить и вспоминать. Прошу тебя забыть об этом разговоре. У тех, кто воевал уже другая психика и другая оценка жизненных ценностей. Вот лежат сейчас наши ребята на больничных койках без рук, без ног, располосованные. Их тысячи. Ну, дадут им пенсию, а дальше что? Мне просто повезло. Но нужно закрыть рот на замок. Партия лучше знает, что правильно, а что нет. Поняла? Больше к этой теме мы не возвращаемся.
Глава 26
Застолье в областном управлении общепита
Подошла суббота. Ирина купила мне очень хороший костюм, рубашки, галстуки, обувь. В мастерской костюм подогнали под меня. Стал я как огурчик. Весь зеленый и в пупырышках. Ресторан они выбрали за городом. За нами прислали машину, в которой ехала и Света. Начало в 18 часов. Оправдания за опоздания не принимаются. Приглашенных двадцать один человек. Тринадцать женщин и, соответственно, восемь мужиков.
Все друг друга знали, а меня сначала представили, а потом стали знакомить с каждым. Пять женщин без мужчин. Но флиртовали мужчины и женщины активно. Собралась в ресторане, как я понял, верхушка областного управления торговли и управления общественного питания. Потом подошли еще две женщины — директора ресторанов. На всякий случай, стол накрыли на тридцать три человека, вдруг кто-то подойдет еще. Стол, в полном смысле этого слова, ломился от множества блюд. Официанты в униформе, в национальных костюмах молодые ребята и девушки, закреплены каждый за четырьмя гостями. Но еще суетились подавальщики, наливальщики.
Перед тем, как сесть за стол, Ира меня персонально представила двум самым главным руководителям. Директор общепита очень симпатичная женщина лет сорока пяти (хотя я могу и ошибаться), подставляя мне щеку для поцелуя, сказала:
— Я очень рада познакомиться с легендой нашего общепита. Я говорю о случае с главврачом районной санэпидстанции. Мы все искренне завидуем Вашей жене. Надеюсь, Вы пригласите меня на танец.
— Почту за честь, — ответил я, вспомнив балы офицеров.
— Браво! Я тоже хотела бы потанцевать с Вами, — вмешалась заведующая областным управлением торговли, — Да, кстати, а Вы знакомы с мужем моей заместительницы. Вон он стоит. Вадим Александрович — генерал-майор. Я вас потом познакомлю.
В группе гостей стоял крупный мужчина с ярко выраженной военной выправкой и громким голосом. Гостей начали рассаживать за столом. Нас с Ирой посадили за середину стола. Иру слева, а справа захватила место Света.
— Вы же будете за мной ухаживать? — почти пропела она мне на ухо.
Почти напротив, сидел Вадим Александрович. Как я понял, рассаживались по какому-то табелю о рангах. Вместо тамады праздник вела Вера Григорьевна Бабич, глава областного общепита, самый большой начальник Ирины. Прекрасно поставленный голос, четкая речь, умение заставить себя слушать. Оказывается, мы собрались по поводу окончания министерской проверки, которая отметила четкую работу областного общепита и выдвинула Закарпатье на звание победителя соцсоревнования и награждение переходящим Красным Знаменем.