— Витенька, остановись. Я сейчас умру. Что ты делаешь?
Но поток уже пошел. Ничего подобного я не испытывал. Судя по ее реакции, она тоже. Я отпустил ей ноги. Она выпрямилась, и мы так застыли, не шевелясь. Но мой член по-прежнему зажат как в кулаке. Это мешало ему упасть, но эта зажатость головки стимулировала его опять. Спустя две-три минуты я почувствовал, а ведь он опять встает. Света это тоже ощутила.
— А ведь ты меня опять хочешь, — счастливо засмеялась она, — я тоже тебя хочу очень-очень. Давай, я повернусь.
Все началось сначала. Через час, уставшие мы встали вместе под душ. Под душем Света со смехом стала тереться своей попой, потом наклонилась. Я опять вошел в нее. Пощады она попросила первой. Мы оделись, выпили кофе, пожелали друг другу спокойной ночи.
Когда я пришел домой, Ирина приготовила ужин. Дальше все пошло по распорядку. Хотя энтузиазма у меня уже нет, но есть супружеские обязанности, которые я выполнил добросовестно. Ира осталась довольна.
В пятницу в восемь утра я пришел к Светлане. Под халатом у нее опять ничего нет. Через полчаса ей позвонила Ирина, спросила о состоянии здоровья.
— Через полчасика я к тебе приеду, — сообщила она. Я покидал квартиру Светланы по «боевой тревоге». Успел.
Поехал к массажистам. Дядя Федор еще не пришел. Анна одна. Я разделся и лег на массажный стол. Аня глянула на мой опухший член, засмеялась и заперла дверь.
— Ладно, иди сюда. Я же вижу, тебя всего трясет, ты меня очень хочешь. Я даже не предполагала, что так на тебя действую.
Делать нечего, надо трудиться. Оправдания не проходят.
— Меня всего током бьет, как я тебя вижу.
Я ее раздел. Поставил на колени перед топчаном, так чтобы она животом и ногами упиралась в топчан. Аня расслабилась.
Я резко рванул вперед. Аня тоже рванулась вперед, но уперлась в край топчана.
— Ты что, с ума сошел?
Но я уже двигался в ней, засаживая его все глубже и глубже. Прижатая к топчану, вырваться она не могла. Но пообещала сделать меня инвалидом, как только я ее отпущу. Я продолжал обрабатывать ее. Через три-четыре минуты она успокоилась. Сообщила, что это никогда мне не простит. Массаж больше мне делать не будет. Через две минуты я чуть отодвинулся назад.
— Пожалуйста, подвигайся мне навстречу сама.
Она что-то бурчала себе под нос, но начала двигаться сначала чуть-чуть, а потом сильнее. Я отодвинулся назад еще, но она по-прежнему двигалась на моей дубинке уже без моей просьбы. Я вынул член, отодвинул ее от топчана. Она уперлась в пол локтями и выставила мне свою попу, чем я и воспользовался. Я гонял ее так минут десять. Поднял с колен и крепко поцеловал ее. Она ответила на поцелуй. Прижалась всем телом. Я понял, что прощен.
— Ну, что убивать не будешь?
— Я еще подумаю.
Пройдя две процедуры, в двенадцать часов я стоял на проходной. Меня ожидал капитан.
— Генерал Вас ждет.
Я зашел в кабинет и доложил о прибытии.
— Да ладно Вам, Виктор Иванович. Садитесь. Расскажите, как проходит процесс реабилитации?
Потом он попросил рассказать об особенностях действий нашей артиллерии в условиях сильно пересеченной местности. Как Вас лечили в Ташкенте? Я рассказал, какие там замечательные врачи.
— Это правда, что к Вам приезжал сам Ахромеев? Давно Вы его знаете?
Тут я дал «пенку», заготовленную. Ну, оговорился.
— Да нет. Сергей Федорович заскочил в госпиталь проездом. Вручил мне орден, а потом, вместе с заведующим госпиталя, поздравил меня, что я остался в боевом строю. Решил, что я могу принести больше пользы в ГСВГ. Делиться боевым опытом.
— Ну да, ну да. Поэтому его порученец позвонил в Мукачево командиру дивизии с просьбой оказать Вам максимальную помощь. — А потом иронично добавил, — Вот такое у нас высшее руководство Вооруженных сил. Лично заботится о каждом офицере. Ну, будете звонить наверх, сообщите, что Вы находитесь под нашим контролем. Кстати какие-нибудь пожелания есть?
— Товарищ генерал-майор, я хочу поехать на следующей неделе в Мукачево в штаб на два дня, а потом в Перечин к однополчанам. Вы не посоветуете, где можно арендовать любую машину. Я готов заплатить за бензин, за аренду. Любые платежи. Ехать надо в форме. Мне не хотелось бы светиться формой перед таксистами или частниками. Поэтому и прошу у Вас совета.