Мы взяли такси. У Веры тоже дом с большим садом. Внутри интерьер не уступал дому Ксении. Большие просторные комнаты, импортная мебель. Красивая плитка, сантехника. Ковры на стенах и на полу. Всюду хрусталь, японская видеотехника. Вера показала, где можно помыть руки, а сама ушла. Вернувшись уже в легкомысленном халате. Подол на ладонь выше колен, которые очень соблазнительны, а при каждом шаге ноги видны до трусиков. Из шести пуговиц три расстегнуты. Расстегнутый ворот позволял видеть кружевной бюстгальтер, который прикрывал практически только соски. Да и то они просвечивались сквозь кружева. Такой наряд не мог быть случайностью.
— Давай чуть-чуть выпьем за твое появление в моем доме. Буду надеяться, не последнее.
Поведение Веры меня начало интриговать, ведь она по моим наблюдениям и чужим рассказам, оценивалась очень высоко. Как говорили Ира и Света: «Вера без каких-то задумок даже не пукнет». А тут под вопросы о Ксении и собранных нею документах, меня заводит к себе домой с целью соблазнить. Она знает о моих похождениях с Ксенией, Светой, а может еще с кем-то. Знает о моей контузии. Знает, мои успехи и продвижения по службе связаны не с моими способностями, а только связями. Ума у меня немного, но «блат» большой. Значит, она поставила перед собой задачу меня затащить в постель, где получить какие-то сведения, которые ее очень интересуют. Думаю, после недолгого сопротивления, надо сдаваться, но при этом становиться простым и открытым, как валенок. Ну, Верочка, давай посмотрим, чей козырь старше. Надо Ксению поругать, пожаловаться на нее, на ее жадность. Но обязательно намекнуть, что после любовных игр, мы много говорили об ее — Вериной работе. О моей службе Вере говорить не интересно, да и не надо.
Вера пригласила меня за стол, выпить кофе с коньяком. Интересно, но на столе стояло то, что я хвалил и ел у Ксении.
— Витя, несмотря на то, что мы уже начали разговаривать на «ты», правила «брудершафта» не соблюдены. Давай это закрепим юридически.
Мы встали, продели руки, выпили. Поставив свою рюмку на стол, Вера обняла меня за шею. Мы слились в долгом поцелуе, который ничем не напоминал символический. Вера сложена великолепно. Она следила за собой. Судя по всему, посещала тренажерный зал. Пользовалась прекрасными духами и импортной косметикой.
— У тебя есть возможность нас сравнить, меня и Ксению Что же ты скажешь?
— Я знаю тебя недостаточно глубоко. Ты же понимаешь, Ксению я знаю значительно глубже.
— Что же тебе мешает меня узнать поглубже?
— Моя врожденная застенчивость и отсутствие соответствующих условий.
Поцеловав меня еще раз, Вера пообещала немедленно создать мне условия и освободить от застенчивости.
— Пойдем, я тебе покажу, где я это все сделаю.
По дороге она сбросила свой халатик, а в спальне сама расстегнула мне рубашку и брюки. Постель разобрана. Трусы мы сняли с себя сами. Лобок и промежность у Веры покрыты очень густыми волосиками — жесткими и кучерявыми. Когда я положил ей руку между ног, то почувствовал, она уже течет. Вера схватила мой ствол и затянула меня на себя. Помогла моему члену приобрести необходимую твердость, а потом направила мою головку сквозь слипшиеся волосы между губками. Я решил над ней чуть поиздеваться, поэтому туда не входил, а терся снаружи.
— Ну, давай, давай. Войди в меня. Прошу.
Я продолжал ее дразнить, выходил из нее, сосал ее грудь, теребил соски. Опять чуть входил, но сразу выходил. Через несколько минут Вера со стоном кончила.
— Боже, какая же ты все-таки сволочь, но как с тобой вкусно. Мне надо пять минут, чтобы отдышаться.
Она головой устроилась у меня на груди, но мой член из своей руки не выпускала.
— Объясни, так что же произошло? Ты говорила, Ксения пропала. А когда?
— Вчера утром она вышла из дома. Должна зайти ко мне, но не пришла.
— А она, что живет недалеко?
— Что же ты, офицер, не сообразил, наши дома через забор. Но у нее дом выходит на другую, параллельную улицу. В заборе сзади есть калитка. Дома мы строили вместе.
— Она не пришла. А ты что?
— Я пошла на работу. У меня утром небольшое совещание. Я ей позвонила домой, на работу, но ее нигде нет. За целый день она ни разу не позвонила, и никто ее не видел. Она, со своей группой юристов, аналитиков, опытных милиционеров собирала досье. Компромат на нашу верхушку. Что именно она собирала, мне не говорила, хотя тайн у нас за эти годы нет. Она мельком сказала, там есть все — партработники, администрация, чины милиции, налоговой, даже бандиты. Так вот, она мне сказала, на 90 % верхушки уже все собрано. Где это все находится, знает только два человека. А еще я знаю, что она в тебя влюбилась. Она называет тебя «последней любовью своей жизни» и что она готова положить к твоим ногам все, что у нее есть. Как я думаю, ее украли, а теперь всеми способами добиваются признания: что за компромат там есть и где это находится. Ты мне ответь на вопрос: почему при нашей встрече ты от меня отвернулся?