— Витя! Ты в городе и области никого не знаешь. Надо привлекать специалистов.
— Ага, тех, кто у тебя в досье. Кто их убедит, что на них у тебя никого и ничего нет? Ты что, труды Сталина не изучала?
— Да причем здесь товарищ Сталин?
— Сталин сказал: «Есть человек — есть проблемы. Нет человека — нет проблем». Это же прямо про тебя. Пока ты есть, у всех будет болеть голова. Забирай все ценности, деньги. Продавай в темпе все. Уезжай лучше в Москву или Ленинград. Меняй внешность, покупай новый паспорт. До Нового года ты должна исчезнуть. С паспортом и внешностью, если ты успеешь, я тебе помогу. Познакомлю с нужными людьми. Будешь тянуть или кому-то рассказывать про свои планы, то заказывай место на кладбище и памятник. Тебе сказали, что я грабителю руку отрубил?
— Сказали, но я не поверила.
— Кто бы не спрашивал, отвечай, что ты первый раз об этом слышишь. А стекло ты вечером случайно выбила. Заявлений в милицию не пиши. Ты будешь делать то, что я тебе говорю? Или будешь принимать самостоятельные решения?
— Я буду слушать только тебя.
— Позвони и вызови сюда из этой твоей восьмерки начальника и опытного следака. В темпе сюда.
Ситуация осложнилась. Может я это драматизирую, но как у военных есть пословица — лучше перебздеть, чем недобздеть. На следующей неделе срочно надо ехать к Павлу Ивановичу во Львов. С паспортом и пластическим хирургом помочь может только он. Если Ксения исчезнет, искать ее вряд ли будут. Я думаю, денег ей до конца жизни хватит. А со сменой паспорта- достаточно фиктивного брака. Или настоящего. Они с Павлом Ивановичем одногодки. Среди друзей, товарищей он может подобрать достойную кандидатуру.
Пока я на кухне жевал бутерброды, то просчитывал варианты. Даже самые дикие, какие приходили в голову. За себя, я почему-то переживал гораздо меньше. Ксения перестала хныкать, налила себе полстакана водки. Выпила, как воду. Зажевала маринованным огурцом. Нашла среди своих запасов соленую селедку, копченый палтус, сырокопченую колбасу. Нарезала. Налила себе и мне по половине стакана водки. Не чокаясь, вылила себе в рот. Я последовал ее примеру. Она нашла банку красной икры. Сделала большие бутерброды. Мы выпили еще по полстакана, заели бутербродами, селедкой, соленой рыбой. Потом в ход пошли свежие помидоры. Водку я убрал, хотя она хотела выпить еще.
Пришли двое ее наемников. Я им обрисовал обстановку.
— Про ваше досье утекла информация. Завтра доложите, какую дезу немедленно надо пускать. Через кого — это ваше решение. Но дезинформация должна быть продуманной. Пока это все еще в зародыше. Что бы не получилась волна от нас самих. Судя по всему, наехала блатная шпана. Конкретно они ничего не знают. Догадываются, что есть папки, с какими-то секретными документами, обладание которыми принесут очень большие деньги. В двенадцать часов получите точку встречи со мной. Нужно суточное, а точнее с восьми утра до десяти вечера сопровождение — подчеркиваю, грамотное сопровождение Ксении Андреевны с целью обнаружить, есть ли за ней слежка. Вмешиваться, если ей будет угрожать опасность. Оплата труда — сдельно-прогрессивная. Кстати, поищите хвосты и у себя. При обнаружении — ищите, кому это надо, кто за этим стоит. Меры будем применять неофициально, но кардинально. Убивать никого не надо, но руки-ноги можно случайно поломать. Что-то выпьете?
Оба отказались и отбыли.
— Неужели это так серьезно? — спросила Ксения.
— Да нет, Ксюша. Когда я вытаскивал тебя из подвала, то эту пару бандитов я отправил отдыхать на тот свет просто для тренировки. Чтобы форму не потерять.
— Прости за дурацкий вопрос.
Ситуация для меня сложилась крутая, но ее нужно «прокачать». Я в городе недавно. Круг общения минимальный. Расклад по взаимоотношениям среди руководства области и города, я не знаю. Местных бандитов не знаю тоже. Куда не ткни, темное пятно и сплошная задница. Точка опоры — «восьмерка» Ксении, Жорка Машкевич, который знает здесь всех. Неожиданно проявился из тени «дядя Федор». Молчит Вера Григорьевна. Но ведь все концы пока сходятся на ней. Если я буду из нее выкачивать информацию, отделять правду от вранья, можно потерять много времени. Думаю, те ребята, которых наняла Вера, ее же прижмут за отсутствие двух соратников, за калеку третьего. Для мести и разборок моя кандидатура становится на первом месте. Центровой. Еще не сказала своего слова милиция. Почему завтра не первое декабря. Если за всем этим, инициатором является сама Вера Григорьевна, то это чуть облегчает положение. Все равно, вопросов выплывает намного больше, чем ответов. Надо готовить себе хоть какое-то оружие для самообороны.