Она поняла. Но снова отказалась. На этот раз менее вежливо. Через месяц её отчислили "за неуспеваемость". Никаких объяснений, никаких шансов на апелляцию. Просто конец.
Лена закрыла глаза, пытаясь заглушить голос, который шептал: "Ты могла бы просто согласиться". Но она знала, что не могла. Она не хотела продавать себя ради корочки, ради будущего, которое было бы построено на лжи.
Теперь она ехала домой. В родной город, где её ждали родители, которые всегда верили в неё, и друзья, которые давно разъехались по своим жизням. Она не хотела видеть их разочарование, не хотела объяснять, что всё пошло не так. Но выбора у неё не было.
Лена
Дождь стучал по стеклу вагона, и я прижалась лбом к холодному окну, наблюдая, как капли воды сливаются в причудливые узоры. Поезд мчался сквозь ночь, увозя меня от прошлого, которое я так отчаянно хотела забыть. Всё, что оставалось, — это ритмичный стук колёс и тишина, нарушаемая лишь редкими голосами пассажиров.
-Это купе номер 4? – раздался мужской голос.
Я обернулась и увидела его. Высокий, с тёмными волосами, слегка растрёпанными, будто он только что вышел из-под дождя. Его серо-зелёные глаза смотрели на меня с лёгким любопытством, а на губах играла едва заметная улыбка. На нём была кожаная куртка, от которой пахло дождём и чем-то ещё, что я не могла определить.
- Да, – ответила я.
Он сел напротив, и я почувствовала, как воздух вокруг нас стал плотнее, словно заряженный электричеством. Его взгляд скользнул по моему лицу, и я невольно опустила глаза, чувствуя, как щёки начинают гореть.
- Далеко едешь? – спросил он, разбивая тишину.
- До конечной, – ответила я, стараясь звучать уверенно. – А вы?
- Тоже, – улыбнулся он. – Меня, кстати, Игорь зовут.
Я кивнула, представившись в ответ. Разговор начался с обычных тем: погода, поезд, планы на будущее. Но постепенно его слова стали глубже, интимнее. Он рассказывал о своей работе фотографом, о том, как любит ловить моменты, которые другие не замечают.
- Иногда самые красивые вещи происходят, когда ты меньше всего их ожидаешь, – сказал он, глядя на меня так, будто я была одним из тех моментов.
Я говорила о своей любви к книгам и о том, как всегда мечтала уехать куда-нибудь, где можно начать всё с чистого листа.
- А ты когда-нибудь делала что-то спонтанное? – вдруг спросил он, пристально глядя на меня.
- Нет, – призналась я. – Я всегда всё планирую.
- Может, пора начать? – его голос звучал как вызов.
Я замерла, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Он наклонился вперёд, его рука коснулась моих пальцев, лежащих на столе.
- Лена, – прошептал он, – ты не против, если я поцелую тебя?
История 4.2 Ночной поезд
Игорь
Я сел в поезд, чтобы навестить родителей. Это была не самая радостная поездка, ведь у нас не лучшие отношения, но я знал, что должен съездить. Мама звонила уже неделю. Я откладывал этот визит как мог, но в конце концов сдался.
Год назад я развёлся. Это было... странное время. Мы с Аней прожили вместе пять лет, но в какой-то момент поняли, что стали чужими людьми. Я хотел детей, она — нет. Она мечтала о путешествиях, я — о загородном доме. Мы пытались спасти наш брак, но в итоге просто измучили друг друга. Когда она ушла, я почувствовал облегчение, но вместе с ним пришла пустота.
С тех пор моя жизнь стала однотонной. Работа, дом, иногда встречи с друзьями. Ничего нового, ничего интересного. Я чувствовал, что застрял в каком-то бесконечном цикле, из которого не могу выбраться. Мне хотелось перемен, но я не знал, где их искать.
Когда я зашёл в купе, я увидел её. Девушку необыкновенной красоты. Она сидела у окна, прижавшись лбом к стеклу, и смотрела на дождь. Её волосы были слегка растрёпаны, а в глазах читалась какая-то глубокая печаль. Я не мог отвести взгляд.
- Это купе номер 4? – спросил я, стараясь звучать спокойно.
Она обернулась, и я увидел, как её глаза загораются любопытством. Она кивнула, и я сел напротив. Мы начали разговаривать. Сначала о погоде, о поезде, о планах на будущее. Но постепенно разговор стал глубже. Она рассказала, что её отчислили из университета, и я увидел, как её глаза наполняются слезами.
- Меня отчислили не из-за учёбы, – сказала она, опуская глаза. – Я просто отказалась играть по чужим правилам.
Я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось. Я знал, что такое чувствовать себя преданным, знать, что тебя выбросили за борт только потому, что ты не захотел смириться с несправедливостью.