— Куда мы едем? — спросила я, стараясь звучать непринуждённо, как будто это был просто разговор ни о чём.
— Отдохнуть, — коротко ответил он, не отрывая взгляда от дороги.
Его ответ был настолько исчерпывающим, что я решила не задавать больше вопросов. Мы ехали ещё около получаса, пока машина не остановилась у частного дома с огромным забором. Через него ничего не было видно, только верхушки деревьев и свет из окон. Я вышла из машины, оглядываясь вокруг. Место было тихим, уединённым, и это вызывало у меня смешанные чувства.
— Где мы? — спросила я, когда мы подошли к входной двери.
— Это дом моих родителей, — ответил он, открывая дверь ключом.
Я замерла на секунду, не ожидая такого ответа.
— А где они сами? — спросила я, стараясь звучать так, будто мне просто интересно.
— Они умерли, — сказал он, и его голос был таким же спокойным, как всегда.
— Извини, — пробормотала я, чувствуя, что сказала что-то не то.
Дом не был огромным, но в нём чувствовалась какая-то особая атмосфера. Здесь не было супердорогого ремонта, ничего вычурного или показного. Всё было просто, но очень чисто и уютно. Казалось, что каждый предмет здесь был на своём месте, каждая деталь — продумана. Это было место, где можно было почувствовать себя... дома. Хотя для Максима, судя по всему, это было скорее напоминанием о чём-то, что он предпочитал не обсуждать.
— Ты голодная? — спросил он, прерывая мои мысли.
— Нет, — ответила я почти автоматически, хотя на самом деле была голодна. Я привыкла отвечать так, чтобы не создавать неудобств. Чтобы не быть обузой.
— Я голодный, — сказал он и вышел из дома, вернувшись через пару минут с пакетами из машины. Видимо, он заказал доставку еды заранее.
Максим начал доставать коробочки из пакетов и раскладывать их на столе. Паста, жареные стейки красной рыбы, салат — всё было по два. Значит, он рассчитывал, что мы будем есть вдвоём. В этот момент у него зазвонил телефон, и он, бросив короткое «Извини», вышел в другую комнату, чтобы ответить.
Я осталась одна на кухне. Не долго думая, я решила разобрать пакеты с едой. Коробочки были ещё тёплые, но я подумала, что еда будет вкуснее, если её разогреть. Я начала искать посуду. Шкафы открывались легко, и вскоре я нашла всё, что нужно: тарелки, вилки, ножи. Всё было чистым, аккуратно расставленным, как будто этим шкафам не пользовались годами.
Я разогрела еду в микроволновке, аккуратно переложила её на тарелки и сервировала стол на двоих. Паста в центре, стейки по бокам, салат — в отдельной миске. Всё выглядело так, будто это был ужин в обычной семье. Но мы не были семьёй. Мы даже не были друзьями. Мы были... чем-то другим. Чем-то, что я до сих пор не могла до конца понять.
Максим всё ещё говорил по телефону в другой комнате. Его голос доносился оттуда глухо, без эмоций. Я стояла у стола, глядя на сервированные тарелки, и вдруг почувствовала, как что-то внутри меня сжалось. Это было странное чувство — будто я играю роль жены или подруги, хотя на самом деле я была здесь совсем по другой причине. Но в этот момент, в этом доме, всё казалось таким... настоящим.
Через несколько минут Максим вернулся. Он посмотрел на стол, и я, опередив его вопрос, сказала:
— Подумала, что так будет лучше. Разогрела еду.
Он одобрительно кивнул, но затем добавил:
— Нужно перенести всё в гостиную.
— Хорошо, — ответила я, не задавая лишних вопросов.
Мы взяли тарелки и перешли в более просторную комнату. Там стоял большой диван, перед ним — низкий столик, а на стене висел телевизор. Всё было уютно и по-домашнему. Мы расставили тарелки на столике, и Максим включил телевизор. На экране заиграла какая-то комедия.
Мы сели на диван, начали есть. Максим даже пошутил, глядя на вторую порцию:
— Я думал, что все порции мои! Раз ты не голодная!
Я улыбнулась. Мы ели, смотрели фильм и даже смеялись. Это было... странно. Необычно. Я не привыкла к таким моментам с ним. Обычно всё было строго, деловито, без лишних слов. А здесь... Здесь было что-то другое. Что-то, что я не могла назвать.
Я не проявляла инициативу, просто вела себя естественно. Не пыталась казаться кем-то, кем не была. И, кажется, он это чувствовал.
Вскоре я заметила, что Максим начал клевать носом. Через пару минут он уснул, полулёжа на диване. Я не стала его будить. В соседней комнате была спальня. Я осторожно прошла туда, прилегла на кровать, не расстилая её, и тоже закрыла глаза.