Я решила немного погулять по территории. Подошла к садовым качелям, которые стояли в тени большого дерева. Они выглядели уютно, почти как из детства. Я не удержалась, села и начала медленно раскачиваться. Утреннее солнце ласкало моё лицо, и я закрыла глаза, позволяя себе расслабиться.
На несколько минут я забыла обо всём. О Максиме, о его загадочном поведении, о высоком кирпичном заборе, который будто скрывал какую-то тайну. Я просто наслаждалась моментом. Тишиной. Пением птиц. Лёгким ветерком, который играл с моими волосами.
Но постепенно я стала приходить в себя. Солнце стало ярче, и я прищурилась, пытаясь защититься от его лучей. Именно в этот момент я услышала стук.
Сначала я подумала, что это просто ветер или птица, но звук повторился. Он был чётким, ритмичным, как будто кто-то стучал по дереву или металлу. Я обернулась, пытаясь понять, откуда он доносится.
Звук был из-за дома. Я встала с качелей, стараясь двигаться как можно тише, будто крадусь. Сердце билось быстрее, а в голове крутились вопросы. Кто там? Что это за стук? Почему он звучит так настойчиво?
Я обошла дом, стараясь не шуметь. Когда я повернула за угол, то увидела Максима. Он стоял спиной ко мне, что-то держа в руках. Рядом с ним была небольшая деревянная будка, и он, судя по всему, что-то чинил.
Я замерла, не зная, что делать. Подойти? Уйти? Но он, кажется, почувствовал моё присутствие.
— Ты зачем сюда пришла? — спросил он, не оборачиваясь.
История 8.4 Эскортница
— Я... услышала стук, — ответила я, стараясь звучать уверенно. — Решила посмотреть, что происходит.
Он наконец повернулся ко мне. В руках у него был молоток, а рядом лежали несколько досок.
— Доска в заборе расшаталась, решил починить.— Хочешь помочь? — неожиданно спросил он.
Я удивилась, но кивнула.
— Конечно.
Мы начали работать вместе. Он держал доски, а я подавала ему гвозди. Мы не разговаривали, но в этой тишине было что-то... успокаивающее.
Я не могла понять, почему он чинит сам. Ведь он богат. У него есть деньги, чтобы нанять кого угодно — рабочих, садовников, ремонтников. Но вместо этого он стоял здесь, с молотком в руках, и сам чинил забор.
Я смотрела на него, пытаясь разгадать эту загадку. Может, ему просто нравится работать руками? Или это какая-то привычка из прошлого, которую он не хочет оставлять? А может, это его способ отвлечься, забыть о чём-то?
Через несколько минут забо был починен. Максим отступил на шаг, осматривая свою работу.
— Нормально, — сказал он, как будто про себя.
— Да, — согласилась я.
— Пойдём, — сказал он. — Пора ехать.
Мы вернулись к машине, и я бросила последний взгляд на дом, на забор, на двор. Что-то в этом месте задело меня. Что-то, что я не могла объяснить. Но я знала, что вопросы задавать не стоит. Я просто села в машину и смотрела в окно, пока мы ехали обратно в город.
Впереди был новый день. Новые встречи. Новые роли. Но в этот момент, в этой тишине утра, я позволила себе просто быть. Быть здесь. С ним. И, может быть, впервые за долгое время, я почувствовала, что всё будет хорошо.
Я вернулась домой. Дверь закрылась за мной, и я осталась одна в тишине своей маленькой квартиры. Но тишина не принесла облегчения. Мысли о прошлой поездке не отпускали меня. Они крутились в голове, как назойливая мелодия, которую невозможно выкинуть.
Я не хотела думать о нём. Не хотела вспоминать тот дом, тот двор, тот забор. И уж тем более не хотела думать о том, как он смотрел на меня, как его руки касались моего тела, как его дыхание смешивалось с моим. Это было опасно. Опасно, потому что я знала, что сказки о Золушке не случаются. Не со мной. Не в этой жизни.
Я была вещью. Временной. Удобной. И меня это устраивало. По крайней мере, так я себе говорила. Никакой привязки к человеку, никаких чувств. Просто работа. Просто сделка. Просто деньги.