Я щелкаю ее со всех сторон, окупая энтузиазмом ее немного неумелое позирование. Руками ее не трогаю, но командую, как ей встать. А еще как лечь и как сесть.
— Вот так. Чуточку больше прогнись. Молодчинка. Шикарно!
Этак даже лучше, чем насобирать непрофессиональные фото с аккаунта. Сам я, естественно, не стесняясь, фоткаю наиболее интересные мне ракурсы. Все исключительно приличное. Хакеры тоже не идиоты. Никогда не знаешь, какую информацию они могут слить.
Маслами мы намазываемся самостоятельно. Я делаю самую нейтральную на свете рожу и изображаю, будто мне вообще не интересно мять и растирать эту девушку.
Удивительное дело. На какие-то мгновения я чувствую себя настолько хорошо, будто проводить время с дочкой врага – и есть счастье. Просто выключаю все мысли. Мы плаваем, пьем воду – и я тоже – и просто валяемся на матрасах ложа. Я в позе морской звезды. Из нее реально неохота вскакивать и кого-то хватать. Хотя разок я не удерживаюсь и шлепаю Терезинью по аппетитной попе.
— Это не я, это порыв ветра, — «оправдываюсь».
Тереза молчит, а потом вдруг выдает:
— Подвезешь меня до угла, Риччи?
— До того же, где мы встретились? Конечно.
Тереза не спрашивает, когда мы снова увидимся. А я не знаю. Понимаю одно: нужно дать ей время все осмыслить и поскучать по мне.
Говорю:
— Фото пришлю чуть позже. Наложу красивые фильтры. Или ты хочешь сырые?
— Делай, как сам знаешь.
— Оу, крошка. Начинаешь мне доверять?
Она просто показывает мне язык. И снова впадает в задумчивость. Интригует эта ее задумчивость. И бесит. Куда проще, когда девушка болтливая, и сразу про нее вызнаешь. Но «проще» и «Тереза», кажись, из разных галактик.
Пока мы идем к машине, я ее не трогаю. Не обнимаю, ничего. В машине включаю радио с популярной современной музыкой. Тереза так и молчит. Ну, хотя бы сумрачной не выглядит.
— Тебе понравилось? — спрашиваю вкрадчиво. — Или я уже проиграл все шансы с тобой поговорить?
Одно знаю: что бы она ни ответила, следующий раз будет жестче. А то с галантными манерами мне прямая дорога во френдзону.
— Да. Спасибо за вечер, Дамиано, — глаза Терезы блестят, пышные волосы рассыпались по плечам. Она выглядит восхитительно. Оделась обратно в кофту и шорты. Интересно, а трусики она поменяла, или под шортами вообще ничего нет?
— Это все? Ты даже меня не поцелуешь, Тереза Веласкес? — главное, не перепутать и ее реальную фамилию не назвать.
— А что, твоя губа не болит?
Прокушенная ей губа реально немного припухла. Горячая девственница. Пока я гарантированно не проверю обратное, так и буду считать.
— Как хочешь. Я буду занят. Когда смогу, свяжусь с тобой, — бросаю небрежно.
Попробуем иначе, Терезита. Совсем иначе.
Она ослепительно мне улыбается, отстегивает ремень безопасности и выходит из машины. А насладиться тем, как она дефилирует по улице, мне мешает смс от долбаного Габриэля.
«Хорошая девочка, братик. Поделишься?»
Где этот сукин сын мог нас засечь?! И вообще. Кого он имеет в виду? Быть может, не Терезу? «Поделишься». Кости переломаю, а не Терезу ему. Она – моя.
Опять тошнотворная реальность моей семейки... Опять нырять в это дерьмо. Габриэль – сын отца и мачехи. Брат, которого я не считаю братом. Выяснить, что он пронюхал, необходимо. Я резко поворачиваю руль.
Глава 3. Тяжелый вечер. Тереза
ТЕРЕЗА
Когда Дамиано Риччи внезапно начинает меня целовать, я теряюсь. Это какое-то безумие, засасывающее в самую глубину темных инстинктов. Я остро ждала этого. Я вроде была готова к этому броску в любой момент… но он все равно произошел тогда и так, как я не ожидала. Ощущения слишком сильные. Они затапливают меня, как водопад, и я даже не могу сопротивляться. А самое ужасное – я и не хочу.
Мне нравится, как Дамиано Риччи меня целует, нравится, как уверенно и нежно он тискает меня и гладит. Отчаянно хочется ответить ему, но… шок настолько сильный, что единственное, что я могу – безропотно принимать его ласку. Всю меня бьет странная, пьянящая дрожь, а ноги совсем ватные. Если Риччи сейчас подхватит меня на руки и унесет на лежак, где полностью разденет – я, наверное, даже пискнуть не смогу. А еще его движения и касания настолько приятные, что я… умираю от удовольствия. Кожа горит, тело налилось сладкой истомой и не желает меня слушаться.
Я целовалась раньше. Все было не то. Не так. А сейчас каждая клеточка моего тела словно поет. Не понимаю, хочу ли я оттолкнуть Дамиано или прижаться к нему еще теснее. Его власть пугает… но самое страшное то, что я жажду ее! Хочу, чтобы он целовал меня еще и еще! Не представляю, зачем я ему. Надо кричать… наверное… Или кусаться, или…