Риччи кидает на меня озадаченные взгляды. Наверное, я выгляжу странно – постоянно зависаю в своих мыслях. А как я ему объясню, что мне срочно к бандитам надо? Он как о них услышит, так точно решит, что я проститутка или еще что похуже. А ведь то, чем я на самом деле занимаюсь, не сильно лучше.
Обратно с пляжа до машины я послушно иду за Риччи, механически переставляя ноги. Наверняка я выгляжу равнодушной, но уж точно не доступной. И если собрать остатки здравого смысла в кучу, это и к лучшему.
Равнодушные и холодные женщины – явно не то, к чему Дамиано Риччи привык. Он не то, чтобы прыгает из романа в роман, но… Сейчас мне противно об этом вспоминать. Но постоянной девушки по слухам прессы у него нет. Иначе я бы даже не стала писать ему.
В машине я отворачиваюсь к окну. Щеки так и горят, меня бьет легкий озноб. Дамиано не выдерживает:
— Эй, космонавт, ты где, на какой планете? Тебе сегодня понравилось? Или я уже проиграл все шансы с тобой поговорить?
Мне понравилось. Очень. Только у меня нет уже никаких сил что-то играть. Я благодарю Риччи за вечер, немного на автопилоте шучу, слушаю, что он со мной когда-нибудь свяжется… Ну да, он занятой мужчина, не поспоришь.
У меня в голове туман. Я увижу Риччи в коридорах Университета. У меня есть его номер, можно смски писать. Это точно, так чего париться.
Выхожу из машины. А сердце вдруг разбивается на острейшие осколки, когда Дамиано резко уезжает прочь. Он даже не стал на меня смотреть на прощание! Внутри все опускается. А впереди тяжелый вечер с бандой. Нельзя плакать. Нельзя… Что теперь-то уже нельзя? Я стою на тротуаре и вообще не понимаю, кто я и где я. В ушах один шум, а ноги совсем слабые. Риччи, придурок. Что ты со мной натворил?!
* * *
В теории все просто. Если я смогу не думать о Риччи совсем или смогу думать о нем трезво – я не влюблена. И температуру тоже нужно померить. Могла же я банально заболеть? Хотя… от температуры не должно казаться, что у Дамиано Риччи очень красивые глаза. Должно просто знобить. А мне кажется. Они серо-карие, с крапинками. Впрочем… я и до того считала, что Риччи красавчик. И редакторы модных журналов и сайтов считают точно так же.
Нужно идти домой. На меня начинают засматриваться, и теперь эти взгляды кажутся мне уже совсем неприятными. Было не особо уютно, когда я шла на встречу к Риччи, а теперь неуютно вдвойне.
Я невольно ежусь и чувствую: хватит. Если я буду хотя бы иногда встречаться с Дамиано, а это мне как минимум для дела нужно, мне придется начать выглядеть иначе. Так, как сегодня. Так, чтобы Риччи на меня засматривался. Зачем ему девушка в мешковатой кофте и штанах? Он прямо сказал, что и правда не школьник. Он хочет видеть красивую женственную фигуру, а не надуманные комплексы. В том, что мою фигуру он счел красивой, я не сомневаюсь. Уши до сих пор горят, стоит только вспомнить, как он на меня реагировал…
Но что, если Риччи мне больше не позвонит? Пришлет готовые фото и забудет обо мне. Что делать тогда?
Я решительно направляюсь к дому, когда раздается звонок мобильника. Скверно. Это Джорджина. Просто так она, конечно, звонить не станет. Если это вообще не Даниэль у нее трубку отобрал, чтобы на меня наорать. Так и хочется послать ушлепка в пекло, но ради Джорджины и племянника я держусь.
* * *
— Да? — я принимаю вызов.
— Ты где там гуляешь? Хочешь, чтобы у всех были проблемы?! Карлос скоро взорвется! — Джорджина с наскока переходит на крик.
Карлос – имя главаря шайки. Точнее, я не знаю, есть ли кто над ним, так как за все, что касается меня и моих дел, а также всех, кто ездит на дело со мной, отвечает Карлос.
— У меня личная жизнь, — отвечаю спокойным тоном, хотя до одури хочу бросить мобильник на землю и растоптать.
Джорджине хорошо. Джорджина ничего не терпит. Просто готовит еду своему муженьку и ведет будни обычной домохозяйки из нашего неспокойного района. За нее отдуваюсь я. И если я срочно не приду в себя, а продолжу сильно стискивать телефон, то просто его сломаю. И потеряю номер Риччи. В ремонт я мобильник с его реальными смсками и номером, естественно, не понесу. Мне теперь даже нельзя выпускать мобильник из рук.
— Молись, чтобы Карлос не прирезал эту твою личную жизнь! Скоро ты здесь будешь? — Джорджина снова орет. Плохо усвоила мамины уроки.