— Где твоя машина? — отвлекаю я его от переписки, а брат бормочет:
— На выезде. Отчим с матерью, кстати, умотали в недельный сплав на байдарках, так что готовка вся на тебе.
— Ешь лапшу и пельмени. — грр. Он что, не мог подогнать машину поближе? — Готовить я отказываюсь. Черт. — я наклоняюсь, и, сняв туфли, пихаю их в руки брату, а потом смотрю на его ноги. — Гони свои кроссовки, или домой я поеду на такси, которое вызову с твоего телефона.
Спустя полчаса, протопав пару километров в кроссах сорок третьего размера, я добираюсь с братом домой. Высадив меня, он тут же отваливает, видимо ,к своей блондинке, а я поднимаюсь на третий этаж и, открыв дверь, обессиленно закидываю туфли в коридор и ложусь там прямо на пол, ногой захлопнув дверь.
— Чтоб тебя перекосило ,профессор. — от души желаю ему я, прикрыв глаза. — От старости. Тридцать семь лет - пора и честь знать, и превращаться в трухлявую дубину. Чтоб ты каждый день так просыпался, как сегодня я. Кхе-кхе. — я закашливаюсь, почувствовав першение в горле и переворачиваюсь на бочок, поджав ножки.
Еще заболеть не хватало после такой ночки.
Если это случится, то я... я...
***
— Цветкова, ты че? — Алена внезапно появляется сзади, пока я стою возле автомата с кофе, и обеспокоенно заглядывает мне в лицо. — Это что у тебя? Ты где вообще была и почему на звонки не отвечаешь? Мы хотели уже в полицию идти. Так че это с тобой?
Я приспускаю с лица маску, мрачно глянув на трещащую Алену.
— Я заболела. — хрипло произношу я.
— А че не...
— У меня температура вчера тридцать девять была. — я отпускаю маску и она возвращается на место. Затем я пытаюсь попасть пальцем по цифрам на автомате, чтобы он выдал мне горячий кофе. — Было как-то не до сообщений.
— Боже, бедняжка. — сочувствует мне подруга и, сложив руки на груди, подпирает плечом автомат. — Написала бы, мы б тебе апельсины привезли и таблетки. Светку тоже срубило, аж скорую вызывала вчера, видимо, где-то в баре больной свои бациллы раскидал. А что там с профессором? Ты куда тогда потерялась?
— Ничего-о-о-о. — через силу отвечаю я. — Просто повозмущался и мы разошлись. Меня брат домой довез.
— Повезло. Видимо, до того, как переезд размыло успели. Ладно, а то мы переживали, что наш препод - маньяк и тебя убил, или ты на нас обиделась. Не обиделась же?
“Пфффф” — хрюкаю я мысленно. В принципе, они почти угадали. Просто мне повезло в эту ночь. Интересно, начни я рассказывать всю правду про профессора, насколько они бы мне поверили?
— Забей. Не на что обижаться, я была пьяная и не сообразила.
— Боже... — вздыхает Алена, почесывая туфлей с острым носом ногу. — У него ведь сегодня пара будет. Он точно припомнит нам этот прикол с членом, поэтому я всю ночь сидела над темой, чтобы ее вызубрить. Даже конспект сделала идеально и сама.
— Че?... — моя рука вздрагивает, проливая готовый кофе, за которым я потянулась, и обжигая. Но меня больше заботит другое, а не ожог. — А нам что-то задавали в прошлый раз? Подожди...
— Ты серьезно не сделала?! Ох, Катя...
Я хватаюсь за волосы, вспомнив. Точно. Я все забыла из-за температуры. Теперь этот садист меня точно убьет и отчислит. Господи, мне конец.
— Ален! — слышу я мелодичный голос нашего куратора. — Подойдешь ко мне насчет танцевального мероприятия?
— Конечно, Анфис Валентиновна! — бодро откликается Алена, и, запустив руку в сумку, вытряхивает из нее помятую тетрадь. — На! — она пихает ее мне в руки. — Перепиши, у тебя целая пара впереди. А я побежала, скажи, если что, преподу, что я с куратором говорю. Лиза, кстати, в пробке застряла, так что будет только ко второй паре.
О-о-о-о!
Я хочу сдохнуть!
Забрав остатки кофе из автомата и выдув его в пару обжигающих глотков, я кидаю стаканчик в мусорку и направляюсь к лифту, открывая Аленкин конспект. Блин, она правда постаралась. Так аккуратно написано, словно она еще взяла уроки каллиграфии перед тем, как это сделать.
Забежав в лифт с каким-то студентом, я сажусь на корточки, расправляя Аленину тетрадь на коленях и достаю свою вместе с ручкой. На этой паре мне явно не даст списать наша преподша, или того хуже - отберет и нажалуется профессору, поэтому лучше я немного опоздаю, но перепишу.
— Кхе-кхе. — я снова закашливаюсь. Меня начинает тошнить от нервов, и, кажется, температура еще повышается, поэтому я зло бормочу: — Уродский профессор, чтоб ты скончался в муках...
Тень студента падает на Аленин конспект, мешая мне сосредоточиться. Я сжимаю ручку, и, медленно выдыхаю, чтобы не взорваться.
— С каких пор у нас места в лифте платные?.. — интересуюсь громко я и пихаю локтем его ноги. — Отодвинься, придурок.