— Сейчас такие бывают? — скептически хмыкает отец. — Если скажешь, что даже под юбку к тебе лезть не пытался, я начну сомневаться в его ориентации.
— Не, с ориентацией всё в порядке, честное слово! — тараторю я так поспешно, что папа снова хмурится. Теперь с подозрением.
— Вы что, уже того-этого?! — рявкает он и весь краснеет от злости. Мама рядом явно готовится изображать обморок, боги, что за показуха!
В наше время девушка, остающаяся девушкой после двадцати, или страшилка, или закомплексованная, или как Ангелина — со своими личными тараканами! Но озвучить эту мысль родителям я почему-то побаиваюсь, поэтому прячу глазки в пол и бормочу:
— Да что вы сразу… целовались мы, ничего такого…
Папа сразу выдыхает и расслабляется, мама перестаёт обмахиваться ладошкой.
— Ну, целовались, это ещё ничего, дело молодое, — добродушно бурчит папаня, явно вспоминая свои молодые похождения. — Так где же он, этот молодой, воспитанный и так далее? Ты не сказала, кстати, из какой он семьи? Надеюсь, это хотя бы не сын Соловьевых, у нас с ними давние тёрки в бизнесе…
— Нет, это не Соловьёв, — произношу я, нервно покусывая губы.
Родители настолько в курсе моих завышенных требований к будущему жениху, что даже представить себе не могут кого-то вроде Вадика.
Ой, только бы скандал не устроили, Ангелина мне сорванной свадьбы не простит…
Пока я ломаю голову, как получше подготовить предков к небогатому будущему зятю, мать выглядывает в окно и ахает.
— О, смотри-ка, Гронские приехали! Пойдем, поприветствуем! Судорожно трясу память, кто такие Гронские.
Вспомнила, известная семейка. Лет десять назад главу семейства нехило подставил лучший друг, оставив в долгах, с замороженными счетами и без любимого дела. Чуть было не упек за решётку. Свободу удалось отстоять почти сразу, а лет пять назад Гронский ещё и свою фирму назад отобрал, оставив бывшего друга без копейки денег.
Сейчас его бизнес растёт и процветает, есть десятки филиалов в других городах, короче — крутая семейка. Мы-то тут с какого боку, вроде наши фирмы занимаются совершенно разными делами?
А, ну да, вспомнила, мама говорила, что где-то с месяц назад познакомилась в спа-салоне с женой Гронского и теперь они вроде как подруги.
Ну ок, пойду тоже поздороваюсь, раз такое дело. Подходим к дверям как раз, чтобы видеть в окно, как возле ступеней тормозит шикарная машина.
Сквозь заиндевевшее стекло видно плоховато, но видно, что машинка из тех, которые делают на заказ. На дорожку из машины выходят Гронский, его жена, из-за руля вылезает молодой человек, похоже, их сын.
Спустя пару минут они входят внутрь, мама спешит поздороваться с подругой, слышны приветственные ахи, чмоки, восторги по поводу платьев друг друга.
— А это моя радость, Виктория, — щебечет довольная мама и я, куда деваться, иду здороваться. Гронский-старший, госпожа Гронская, и наследник семейства… да ладно?!
— Знакомьтесь, а это Вадим, наш любимый отпрыск.
Знакомый синеглазый гад шагает вперёд, галантно целует мне ручку.
— Счастлив официальному знакомству. Ах, он счастлив? Улыбается ещё? Да я ему сейчас, я его…
Мой взгляд неверяще мечется по бессовестному обманщику. Идеально сидящий по фигуре костюм, явно дорогой, ботинки известного бренда, швейцарские часики. Наконец-то нормальная прическа, а не жертва жопорукого парикмахера.
— Ты! Ты!!! — я возмущённо пыхчу и даже слов не нахожу.
— Позвольте, прекрасная дама, быть вашим спутником на сегодняшнем празднике, — Гронский-младший цапает меня под локоток и мне, конечно, очень хочется устроить скандал и попортить коготками эту наглую физиономию, но к нам уже спешит Ангелина, и убиение обманщика откладывается на потом.
Не хочу портить подруге праздник. Однако и общаться с этим вот гадом тоже не хочу, поэтому игнорирую его по возможности как можно дольше. Даже с Айдаровым танцевать пошла Гронскому назло.
Я зла. Я так зла, что не передать словами. Пока я там голову ломала, как рассказать родителям о совершенно неподходящем женихе, прикидывала, удастся ли мне уговорить папу не лишать меня наследства и не выгонять из дома, пока я даже настраивалась на побег из дома и тайный брак — это брехло, оказывается, втихаря надо мною потешался.
Как ещё назвать этот фарс?! Наверное, решил так с дружками надо мной подшутить. Вот они, наверное, ржали, когда косточки мне перемывали!
Свадьба проходит, как в тумане. Поздравляю Ангелину, шутливо обещаю Антону за ним присматривать, чтобы не обижал там мою лучшую подругу, а то чем обидит — то и оторву.