— Илья, не уходи, пожалуйста! — тут же попросила Вероника, и в ее голосе было столько отчаяния и затаенного страха, что мне стало не по себе.
Вот на хрена мне это все?
Глава 11
Еще утром Ника фырчала на меня и гнала подальше, а сейчас просила остаться, словно компания братца-борова ей нравилась еще меньше, чем моя. Секундное колебание, и я все же решил не оставлять эту парочку наедине. Шагнул к Веронике, зацепив ее руку, и притянул ближе к себе.
— Ты слышал сестренку. Твою помощь она принимать не желает, — произнес спокойно.
Холодные пальцы Вероники дрожали в моей ладони, я сильнее сжал их в знак поддержки. Никуда я не уйду, пока она так трясется.
Прищуренные глаза незваного гостя злобно сверкнули. Парень поднялся с кресла, и вальяжно зашагал к нам. Строил из себя эдакого важного барина, которого осмелилась ослушаться крепостная крестьянка.
— А ее кто-то спрашивает? — просипел он угрожающе, прожигая Веронику немигающим взглядом.
— Я спрашиваю, — бросил с вызовом, притягивая девчонку еще ближе к себе, и в тот же момент почувствовал, как ее спина вжалась мне в грудь. — Так что на заслуженный отдых придется отправиться тебе.
— Ай-яй-яй, — покачал головой братец, игнорируя мои слова. — Тетушке это очень не понравится, Вероничка. Подумай хорошенько о последствиях.
— Если ты сейчас же не уберешься отсюда, я расскажу тетушке, почему отказалась от твоего… «присмотра», — прошипела она последнее слово. — Так что и ты хорошенько подумай о последствиях, Денис.
— Ты угрожать мне вздумала?
Он схватил ее так внезапно и резко, что я даже не успел отреагировать. Просто не ожидал подобного. Вероника вскрикнула от боли, пытаясь вырваться, а я метнулся к ним, ударом сбивая жесткую хватку с ее руки. Резко заломил парню руку и с силой припечатал лицом к массивному старому шкафу.
— Ты блять, охренел?! — взревел тот, дергаясь.
Здоровый боров, вырвется запросто. Надавил на него сильнее, и, чтобы не рыпался, задрал его руку выше к лопатке, усиливая болевой прием. Тот взвыл благим матом и замер.
— Охреневший здесь только ты, — едва сдерживая гнев, рявкнул я. — Еще хоть раз девушку тронешь, я тебе не только руки переломаю, но и шею сверну.
— Ты даже не представляешь, как сейчас нарвался, мажорик! — просипел мне в ответ с ядовитой усмешкой. — Ты, блять, в кучу себя не соберешь, когда мы с парнями тебя отделаем. Усек?!
— А ты только с толпой герой? — ответил ему в тон. — Валяй, зови своих дружков. Главное не забудь уточнить у своей матери с кем связываешься. И что с тобой сделают после. — Склонился к нему и зло добавил: — Интересно даже, хотя бы куча останется? Хотя, пусть это будет сюрпризом.
— Посмотрим!
— Конечно. А теперь вали-ка отсюда по-хорошему. Послушай сестренку.
Я ослабил хватку и толкнул его к двери. Парень расправил плечи и резко развернулся. Резанул по мне злым взглядом, но не ответил. Посмотрел мне за спину и бросил очередную угрозу:
— Мы с тобой еще встретимся, принцесса. Жди.
Затем толкнул массивную дверь, от чего она распахнулась настежь, сбивая стоявшую в сенях утварь, и покинул дом.
Я повернулся к Веронике. Она стояла, вжавшись в стену и стеклянными глазами смотрела прямо перед собой. Бледная, перепуганная, она дышала шумно и часто.
— Ты в порядке? — спросил осторожно, делая к ней шаг.
— Да, — она кивнула, сглатывая. — А ты?
— Все нормально.
Я приближаюсь вплотную. Всматриваюсь в ее глаза. Красивые. Светло-серые, с темной окантовкой вокруг зрачка, немного покрасневшие из-за воспаления. Внешние уголки глаз чуть опущены вниз, придавая ее лицу больше смазливости, ресницы длинные, мягкие и пушистые, а под правым глазом крохотная родинка.
— Прости, Илья. Я не хотела, чтобы из-за меня у тебя были неприятности… Наверное, тебе лучше уехать. Он правда может приехать сюда не один, я его знаю!
Отвел взгляд и сжал ее холодные пальцы.
— Не приедет. Не бойся, — произнес уверенно. — Иди сюда. Сядь. Рассказывай, как могла не заметить Его приход в дом.
Вероника осторожно села на диван, а я устроился рядом.
— Мне жарко было, я пошла в душ. Наверное пока была там, он и пришел.
— Одевалась где? — нахмурился я, представив, что этот урод за ней подглядывал.
— В душе, — она немного смутилась, сообразив на что я намекаю. — Я закрывалась.
— Хорошо, — немного успокоился. Будто меня действительно волновала ее беспомощность. — Я пиццу привез. Сейчас схожу.
— Илья, останься, — Вероника тут же вцепилась в мою руку. — Не надо нам никакой пиццы. Давай может еще раз яичницу поедим, а?