Почувствовала, как краснею и тут же улеглась обратно, лишь бы не заметил. Опять меня смущал, наглец! Только в этот раз это смущение было немного иным. Если утром его заявление про физиологические особенности парней вызывало во мне стыд, смешанный с паникой, то сейчас неловкость была приправлена каким-то неописуемым радостным подъемом. Мне было приятно услышать от Ильи комплимент.
Вечером ему кто-то позвонил. Нет, ему и до этого звонили. Я слышала, как он разговаривал с матерью, а потом с каким-то знакомым по поводу их уличных гонок. Но в этот раз это был кто-то особенный. Потому что Илья не стал разговаривать при мне, а вышел из избы и закрыл за собой дверь. Любопытство жгло, я потихоньку добралась до прохода и попыталась подслушать. Эх, и толстая же у бабушки была дверь: старая, добротная, с обшивкой от холода! Уловить я смогла мало, но точно поняла, что разговаривал мажорчик с девушкой. Иногда до меня долетали обрывки фраз, в которых он называл ее Леной. Стало как-то неприятно. Вроде бы и дела мне до него нет, и в то же время на грудь словно камень холодный положили. Он ведь со мной второй день проводил, был так внимателен и заботлив, шутил и смеялся, пока где-то в городе его ждала Лена…
Вдруг его голос стих, и я слишком поздно поняла, что мне пора сбегать от двери. Впопыхах я что-то с грохотом уронила, стукнулась бедром о диван и взвыла, а напоследок споткнулась непонятно обо что и свалилась плашмя на пол. Едва зажившие ребра прострелила сильная боль — под ними оказалась моя загипсованная рука. Не хватало их еще доломать!
— Ты что тут делаешь? — Илья внезапно оказался рядом и аккуратно приподнял меня под руки.
— Вальс танцую! — простонала в ответ, пытаясь встать на ноги.
— Вот чокнутая! — проворчал он мне в волосы и развернул к себе. — Где болит?
— Нигде. Все в порядке. Пусти!
Но хватка не ослабла, наоборот меня притянули еще ближе. Я задержала дыхание и замерла, пока его пальцы сжимали мне подбородок. От этих прикосновений по телу пробежала странная опьяняющая волна, а глупое сердечко затрепетало в груди. Подушечки его пальцев были одновременно твердыми и бархатистыми, чуть прохладными, и пахли хвойным мылом из ванной бабушки. Только этот запах казался не таким, как чувствовался на моих руках, а гораздо приятнее. Внезапно Илья коснулся моей нижней губы и чуть оттянул ее. Я вспыхнула и попыталась отстраниться.
— Ты губу разбила.
Он даже не обратил внимания на мои жалкие попытки сохранить свое личное пространство. Приложил к губе мягкий клочок ткани, полагаю, платок, и поднялся на ноги, утягивая меня за собой.
— Сколько времени? Тебе домой еще не пора? — пробурчала я, желая поскорее избавиться от его объятий.
— Выпроваживаешь? — низким тембром уточнил Илья.
Еще одна приятная волна пронеслась вдоль позвоночника. Ну почему я так реагирую?!
— Мало ли, ждут.
— Кто же? — с удивлением спросил он.
— Не знаю, — пожала плечами, не желая выдавать свое шпионство.
— Так-так… — мажорчик самодовольно хохотнул и принялся отряхивать юбку моего сарафана. — Вчера тебя не особо волновало, ждут меня в городе или нет. Что случилось Вероника? Разговор мой подслушивала, да?
— Нет! Я… я в туалет сходить хотела, — пролепетала торопливо, за что меня наградили очередной усмешкой.
— Так он в другой стороне.
— Промахнулась!
— Ладно, как бы там ни было, я останусь, — ответил Илья твердо. — Утром сдам тебя сиделке и тогда уже поеду в институт.
— Я вполне могу переночевать…
— Давай не будем спорить. Ночевать придется со мной, одну я тебя здесь точно не оставлю.
Какой заботливый! Я фыркнула и уселась на диван.
— Да пожалуйста!
— Ну вот и договорились.
В этот раз Илья устроился на другом диване, даже в другой комнате. А я долго ворочалась и не могла уснуть. Глупое сердечко продолжало отбивать чечетку на моих покалеченных ребрах, стоило лишь подумать, что он здесь, совсем рядом. И что завтра приедет снова…
Глава 14
Илья приехал на следующий вечер, и продолжал навещать меня в течение всей недели. Он привез мне телефон, который поддерживал голосовой набор, и я могла совершать звонки без каких либо препятствий. Кроме того, он настроил смартфон так, что я могла давать команды, такие как озвучить мне время или погоду на завтра, включить мне любую музыку или воспроизвести аудиокнигу. Мы часто созванивались. В основном Илья звонил мне сам, спрашивал, как я провожу время, о моем самочувствии. Я же не решалась набирать его номер, даже когда мне было скучно, или я просто хотела узнать, как его дела. По вечерам мы много гуляли на природе, ходили на пруд или уезжали на речку в лес. У него была низкая машина, наверное спортивная иномарка, раз он увлекался гонками. В салоне всегда приятно пахло его парфюмом, от которого у меня внутри все трепетало. Эти новые приключения впечатляли, оставляя в памяти необычные, иные воспоминания, состоящие из ощущений: аромат кожи и мужского парфюма, мягкие чехлы на сиденьях, приглушенный звук мощного мотора, который рычал сильнее, набирая скорость, и сильная мужская энергетика рядом. За эту неделю я настолько привыкла чувствовать Илью, что распознавала его присутствие еще до того, как раздавался его приятный голос. Я радовалась как ненормальная, когда он приезжал на смену моей дотошной сиделки, когда мы с ним ужинали вместе с повязками на глазах, когда просто разговаривали, устраиваясь на самодельных лежаках, до тех пор, пока нас не загоняли в дом комары. Мне было по-настоящему хорошо. В его присутствии я забывала о своих переживаниях.