— Млять… — раздалось хриплое шипение прямо мне в губы. — Хочу тебя… Так сильно, аж крышу сносит…
Я не могла и слова вымолвить, лишь позволяла его пальцам кружить внутри моих бедер, в то время как вторая рука играла с твердым соском, вызывая все больше сладких спазмов в животе. Это было так приятно, что я уже не контролировала себя. Дыхание срывалось с тихими стонами, я ерзала, каждой клеточкой впитывая нереальное наслаждение. В какой-то момент мои бедра задрожали, спина напряженно выгнулась, и я со стоном попыталась удержаться на поверхности, когда на меня накатила внезапная волна оргазма. Она была настолько сокрушительной, что я кусала губы, лишь бы не закричать, но стон восхищения все же прорвался из глубины груди. Я хватала ртом воздух и дрожала непроизвольно, пока по всему телу разливалось наслаждение. Настолько сильное, что в глазах снова замелькали яркие вспышки. Илья успокаивающе поцеловал мои губы, растирая покрытую мурашками кожу, а я лишь прерывисто дышала, прикрыв глаза, и уплывала, подхваченная огромной волной эйфории.
— Офигенно кончаешь, — прозвучала вгоняющая в краску похвала.
Только мне не было стыдно. Мне настолько хорошо, что эта прямолинейная фразочка казалась совершенно естественной. Я впервые достигла пика с парнем. Кончила, как он выразился. И это было дико приятно…
— Ты реально маньяк, — произнесла, еле шевеля языком.
— Это меньшее, что я хотел бы с тобой сейчас сделать, — последовал невозмутимый ответ, и его руки вновь уверенно скользнули по изгибам моего тела.
Я замерла. Илья ведь неудовлетворен и хочет меня. Мне вполне явственно дали почувствовать, насколько сильно его возбуждение. Я должна сказать о своей неопытности, признаться, что не смогу так же умело доставить ему удовольствие. И чтобы избежать позорного фиаско, мне точно понадобится умелый руководитель.
Но сам руководитель, кажется, вовсе не замечал моего ступора. Нежно ласкал мою шею губами, подбираясь к мочке уха.
— Илья… — начала осторожно, и тот мгновенно застыл.
Буквально заледенел, покрываясь почти осязаемой корочкой льда, а затем дернулся, освобождая меня от своего веса, и шумно выдохнул. В воздухе повисло странное напряжение, и я невольно сглотнула. Что не так?
Приподнялась следом, но он уже поднялся с дивана. Судя по звукам, расправлял свою одежду. Я тут же последовала его примеру, закрывая грудь майкой, и просила:
— Я сделала что-то не так?
Я ведь даже коснуться его не успела…
— Нет. Это я сделал. Я не должен был… — он снова шумно вздохнул. — Извини меня.
— Но… почему?
Я бы попробовала подарить ему ласку в ответ…
— Я уже сказал тебе, Ника, — в его голосе зазвенели напряженные нотки. — Нам не стоит торопить события.
Эти слова подействовали, как хлесткая пощечина. Как же жестоко и унизительно! Я почувствовала, как в уголках глаз защипало, и от былого наслаждения не осталось и следа — лишь стыд и обида.
— Поспи, Ника, — Илья вновь включил командира. — А я пойду немного проветрю голову.
В комнате раздались шаги, и вскоре открылась дверь.
— Тогда не приезжай больше, — выкрикнула я, чувствуя, как голос дрожит.
В ответ не прозвучало ни единого звука, но я чувствовала, что Илья еще в комнате, и, подгоняемая внезапно накатившей злостью, добавила:
— Я не хочу, чтобы ты приезжал!
Ответом вновь послужила тишина. Раздался одинокий шаг за порог, а второй утонул за скрипом закрывающейся двери.
Глава 17
«Ну что там?» — нетерпеливо отправил уже третье сообщение Загородневу, и гипнотизировал взглядом галочки, оповещающие, что адресат прочитал послание.
Галочки сменили цвет, но ответа все не было. Минута, пять, десять… Да он издевается?!
— Кому ты пишешь? — раздалось раздражающее мурлыкание над ухом, и я заблокировал смартфон.
Вот только любопытного носа Леночки здесь не хватало.
— Знакомому, — буркнул я. Называть Илью другом или приятелем у меня язык не поворачивался. — Ты все сделала?
Лена наигранно надула губы и присела на боковинку мягкого кресла, в котором я устроился.