Мне попался очень разумный мужчина, чтобы не толкать меня на виртуальные преступления, Давид явился ко мне в девять вечера.
- Привет, красавица, - говорит он, входя в квартиру.
Я приподнимаюсь на носочках, целую его в губы. От него приятно пахнет гелем для душа. Чистенький мой красавчик, готовился… Мне хочется накинуться на него в прихожей, но хрен его знает, как работает эта долбаная камера, может она снимает и во внутрь квартиры. Беру его за руку и не говоря ни слова тяну в спальню.
- Ты такая загадочная…
Я поворачиваюсь, хитренько улыбаюсь и подмигиваю ему. Мне хочется, чтобы он запомнил сегодняшний вечер, неприятные предчувствия гложут меня, я не хочу думать, что это может быть наша последняя ночь, я хочу счастья, я хочу любить, но сейчас сложились так обстоятельства, что в любой момент может что-то произойти. И я не хочу терять время, а взять все по максимуму. И если меня завтра похитят или пристрелят, я буду знать, что у меня была эта ночь.
Заходим в спальню. Я включила ночник. Его тусклый желтый свет, окутывает нас, добавляет загадочной интимности. Я хочу, чтобы Давид видел все, что я буду делать, читать по выражению лица и взгляду, нравится ли ему. Останавливаемся возле кровати на пушистом ковре, поворачиваюсь к нему лицом и глядя в глаза снимаю халат. Остаюсь полностью обнаженной. Делаю шаг к нему, запускаю руки под футболку, провожу руками по телу, захватываю края и тяну ее вверх. Пока он помогает мне стянуть ее полностью, целую его грудь. Охренительный мужик, и сейчас … - мой… Опускаюсь на колени.
- Эй..., - Давид хотел что-то скачать.
Поднимаю на него глаза, прикладываю палец к губам, показывая, чтобы молчал. Приоткрываю рот и облизываю свой же палец, затягивая его в рот. Взгляд Давида потемнел, сделал глубокий вдох, от чего грудь заметно приподнялась и выдохнул через стиснутые зубы. Я лукаво улыбнулась. Заводит его игра, а мне это и нужно.
Тяну за резинку домашних штанов. Продолжаю смотреть в глаза, целую торс, обвожу языком кубики. Вкусный и мой… Медленно начинаю стаскивать штаны. Надеюсь хоть под деловой костюм Давид одевает боксеры, потому что второй раз он передо мной оказывается без штанов, и их там нет. Вот и показался он –моя прелесть, такой идеальный… Стаскиваю штаны до конца. Давид поднимает одну ногу, вторую… Штаны летят куда-то за кровать.
Провожу руками по торсу, ягодицам и сжимаю их. У меня перед носом член Давида, так и просится, что б его приласкали. Завожу свои руки за спину, показываю, что он сегодня главный – доминант, и своим удовольствием он может руководить сам. Облизываю головку члена, опускаюсь ниже и провожу языком от основания до головки, обхватываю ее губами и не прекращаю смотреть в глаза.
Глаза в глаза… В его - похоть, желание, обещание трахнуть меня во всех позах, а в моем – покорность и признание его главным самцом. Давид запускает руки мне в волосы, собирает их в хвост и начинает руководить процессом, то скользит в глубь по максимуму, то дразнит головкой по губам. Его дыхание, стоны смешиваются с моими. Я так возбудилась от процесса, что только тронь и я кончу. В какой-то момент он ускоряет движение и обняв мою голову двумя руками кончает мне прямо в глотку. Хватает меня за плечи, и тянет вверх. Целует. Жадно. С напором. Это был не поцелую, а желание трахнуть мой рот уже своим языком, ведь подчинилась я и так сама… Поворачивает меня к себе спиной и толкает на кровать, я падаю на четвереньки и стараюсь максимально сильно прогнуться, как мартовская кошка. Резкий толчок выбивает из меня дух, волна дикого возбуждения прокатывается по телу. Он не дает мне отдышаться, а на бешеной скорости начинает двигаться во мне. Это был на столько яркий оргазм, что я увидела не то что звезды, а и черную дыру, с другой стороны. Меня трясло, я всхлипывала и стонала, пару толчков и Давид кончил в меня.
Мы упали на кровать и пытались отдышаться. Давид обнял меня со спины и начал целовать меня в шею, лизнул мочку уха.
- Что это было? – хриплым голосом спросил мой, самый лучший мужчина.
- Это –признание в глубокой симпатии, - боже, что у меня с голосом. Как у прокуренной тетки с трассы.
- Я тоже к тебе неравнодушен, - шепчет Давид, улыбаясь, - и ни куда ты от меня не денешься.
После этих слов в груди защемило. Убью всех, но вернусь к тебе, ты только жди. Проглатываю слезы, никогда не рыдала, только в детстве, а сейчас просто накатило, прямо напасть какая-то. По щеке потекла слеза, да блин, прямо Давиду на руку капнула.