Он опять взвился, отбил дробь, хотел было кинуться с раскрытыми объятиями на Чудинова, но покосился на его ногу, махнул рукой и побежал к двери, крича на ходу:
- Пойду сейчас нашим комсомольцам сообщу, всех ребят проинформирую. Ведь это же какое дело! Ей-богу, честное даю слово! Дождались-таки, признали нас!
С этого дня пошли еще более интенсивные тренировки. Но тренировались и другие лыжницы в Зимогорске. Та же Маша Богданова, старательная, наделенная каким-то особым веселым рвением, делала вое более заметные успехи.
И на первых прикидках результаты получились совсем неожиданные. Время, которое показала Маша и другие ее подруги при замере по секундомеру на три километра, было не хуже, чем у Наташи.
- Зря вы со мной бьетесь,- говорила опять после этого Наташа,- сами видите. Еще хуже ходить стала, чем прежде. Совсем вы меня сбили.
- Нет, Наташенька,- успокаивал ее Чудинов.- Это другие стали ходить лучше. А вы сейчас, как говорится, шкурку меняете. Прежнюю сбросили, а новую еще не совсем нарастили. Это не всем сразу дается. И потом, я же пока вам давал прикидку на коротких отрезках. Тут ваша выносливость, заряд ваш великолепный, неисчерпаемый не успевают показать себя, поверьте мне, потому и результаты получаются примерно равные. А вот постепенно начнем увеличивать дистанцию, вы их всех бросите позади, оставите у себя за спиной. Мы еще кое-что с вами отработаем. У вас пока не сразу ладится после старта, засиживаетесь. Посыл лыжи у вас великолепный, но иногда вы еще коленом сами себе тормоз создаете. Словом, унывать абсолютно не с чего.- Он брал секундомер.- Ну-ка, пошли! Времени до спартакиады осталось немного, теперь от меня пощады не ждите.
А она и не ждала. Она уже не хотела пощады.
ГЛАВА 14
Зеркало туманится
"Зеркальце, зеркальце на стене,
Кто всех красивей в нашей стране?"
И ответило зеркало:
"Вы, королева, красивы собой,
Но Белоснежка там, за горой,
У карлов семи за стеной,
В тысячу раз богаче красой".
Из старой сказки
Тем временем Алиса Бабурина тоже не дремала. Она теперь занималась с новым тренером. Это был некто За-крайсний Всеволод Илларионович, человек с необычайно четкой дикцией, изъясняющийся всегда чрезвычайно звучно, многозначительно и без запинок.
- Следует отметить,- говорил он Алисе,- что ваша прежняя подготовка в известной степени складывалась без учета индивидуальных ваших особенностей и имманентных, вам одной присущих качеств. Я не хочу порочить метод моего предшественника. Товарищ Чудинов был когда-то несомненно весьма примечательным, я бы даже сказал - выдающимся скороходом. Однако он слишком долго держался за то, что казалось ему непреложным, а по существу отвергнуто международной спортивной практикой. Я имею в виду режим, которым он вас в известной степени подавлял. При наличии такой отточенной, я бы счел возможным даже сказать - изощренной техники, как у вас, Бабурина, совершенно излишни, на мой взгляд, подобного рода режимные ущемления, которым он вас постоянно подвергал. Ваша техника решает все.
Алиса нашла в нем очень удобного для себя тренера. А что касается расторопного Тюлькина, то тот просто был заворожен Закрайским, упивался его красноречием и был в восторге от эрудиции нового тренера.
- Вот, понимаешь, голова! - восхищался он при встрече со мной на Ленинских горах, где мы смотрели прыжки с трамплина неподалеку от университета.Послушал бы, как выступает он на совещаниях! С багажом человек. Я имею в виду - культурным. И, главное, у меня с ним лично сразу вполне хорошие отношения наладились. Я ему для дочки норвежские лыжи схлопотал, неплохой свитерок для него лично организовал. Он умеет ценить, не то что этот Чудинов. Ему было все равно. Напялит свою допотопную кацавейку в клетку, довоенного уровня, выпуска тысяча девятьсот тридцать девятого года, и дует себе. А этот разбирается.
Однако на состязаниях под Кировом Алиса показала время еще хуже прошлогоднего и вообще оказалась в плохой форме, придя к финишу четвертой. В "Маяке" встревожились, заинтересовались системой нового тренера, убедились, что он совершенно не следит за режимом лыжницы, во веем идет на поводу у капризной чемпионки. Да и сама неблагодарная Алиса вскоре на одном из собраний .лыжной секции сострила, что хотя Закрайский говорит весьма красно, но все у него шито белыми нитками, Словом, Закрайский был отставлен. С Алисой стал заниматься старый, опытный лыжник Иван Михайлович Короткое, который первым делом, не боясь уронить своего достоинства, списался со Степаном и попросил прислать график тренировок и поделиться некоторыми соображениями по части индивидуальных особенностей Алисы. Чудинов не заставил себя долго ждать, прислал Короткову подробное и точное описание необходимых, на его взгляд, тренировок, посочувствовал Короткову, зная наперед, что нелегко ему придется с капризной и набалованной чемпионкой. Алиса ничего не знала об этой переписке. Встретив меня на одном из хоккейных матчей, она спустилась ко мне из ложи и даже снизошла до личной беседы.
- А-а, Кар, приветствую! Ну как ваш друг, нас покинувший, пишет что-нибудь? Я краем уха слышала, что он опять там тренерствует. Не вынесла душа поэта, так, что ли?
Я рассказал Алисе все, что знал о Чудинове по письмам, которые, впрочем, я в последнее время получал от Степана довольно редко.
- Да,- задумчиво сказала Алиса,- ведь спартакиада будет теперь как раз там. Ну, сейчас я понимаю этот хитрый ход. Просто заранее отправился, чтобы подготовить мне в пику. Зачем было только придумывать такие сложные объяснения, выкрутасные мотивировки? Ну что ж, встретимся довольно скоро. Говорят, он там звезду какую-то разыскал. Неужели это та самая Скуратова, которую я в прошлом году так обошла в Подрезкове? Смешно! Ходит, как снегоочиститель, размаху много, а вперед чуть. Ну что же, поглядим, лыжня-то и на Урале узкая, кому-то придется уступить.
Но Чудинов не собирался уступать. Я написал ему о своей встрече с Алисой, рассчитывая еще больше подогреть рвение его новой строптивой воспитанницы, и получил ответ от Степана:
"Дорогой Евгений, спасибо, старик, что не забываешь. Писать мне некогда. Время горит. Что касается Алисы, то напомни ей сказку о Белоснежке. Очень ей хочется, чтобы зеркальце ответило на ее ревнивый вопрос: "Ты, царица, всех милее, всех румяней и белее". Ан зеркальце-то пока туманно. И я верю, что оно скоро лишит Алису покоя, ответив, что за горами, за долами есть кое-кто и румянее, и белее, и, во всяком случае, сильнее. Дорогой мой! Я верю в Наташу, и, что еще важнее, кажется, она поверила в меня".
Чудинов решил прибавить лишний час ежедневной тренировки. Но Наташа не всегда успевала управиться с делами по интернату, пройти с ребятами домашние задания. Энергичного тренера я это не остановило. Привыкший делать все сам, где это только возможно, не обременяя просьбами других, он отправился в интернат, чтобы обо всем договориться на месте.
Ребята сидели за партами, готовя уроки. Увидев вошедшего тренера, все радостно вскочили. Дети успели подружиться с Чудиновым за лето и радовались каждому его приходу. А сейчас, помимо всего, это был совершенно законный повод для того, чтобы отложить учебники и тетради в сторону. Но Чудинов поднял руку очень строго:
- Сидеть, сидеть у меня, вы, молекулы! Где тетя Наташа?
Сергунок, сев, поднял ладошку вверх.
- Можно мне ответить? - Он вскочил и отрапортовал: - Тетя Наташа сейчас придет наши домашние задания проверять. Она дежурная, пробует ужин. Будут оладьи с повидлом.
- А какое у вас задание?
- Задача очень трудная,- наперебой заговорили ребята.- Никак не выходят ни у кого. Склаживаем, скла-живаем,- пожаловалась Катюшка,- и все не получается.
Чудинов сел за учительский стол:
- У вас задача не выходит, а у меня тренировка из-за вас срывается. Учиться надо как следует. А ну, давайте сюда вашу задачу. Тихо, не все сразу. Все остаются на местах, я сам подойду.