— А нужно ли мне твое приглашение?
Не нужно. И мы оба это знали. Нибрас никогда не брал в расчет слова, он всегда делал то, что желал. Не спрашивал ни разрешения, ни мнения. Ему плевать. Плевать с высоты птичьего полета. Однако… мое мнение все же его волновало, только вот я не была против. Всегда выбирала его… Никто так не чувствовал меня, как он. Никто так не понимал меня. Только он. Во всем лидер.
— Я надеюсь, сегодня никакая остроухая гнида нас не прервет.
— Ни одна остроухая гнида не спасет тебя от поражения сегодня, мой любимый братик.
Я выиграю. В шахматы, конечно же. А вы о чем подумали?
Шах и мат.
Примечание:
[1] — Демонохульник — создано по аналогии со словом богохульник
Обнаружение мыслей
— Сука, опять?! — прогремело, отражаясь от стен, когда раздался звонок в дверь. Кажется, Конрад — сама пунктуальность. Три часа ночи! Самое время для задушевных бесед. — Не… ну он издевается? — не прекращал Нибрас, поднимаясь из-за стола с шахматами.
В этот раз, увы, партию мы так и не доиграли. Поздновато начали. В следующий раз надо бы отложить нашу игру в «иди-мой-посуду-придурок», а начать ее в тот самый миг, когда Дозорный переступит порог нашей квартиры. И Нибрас будет занят, не нахамит Вольдэри, и посуда будет вымыта (лишь бы не разбита), и я буду довольна.
К двери меня, к слову, Дамьен не подпустил. Сам открыл и сам впустил в нашу скромную обитель беловолосого парня. И даже не нагрубил, а спокойно пригласил войти и закрыл дверь. Нежно, будто лаская грудь молодой дамы. Мои поздравления, я теперь понимаю, почему отец решил сослать его ко мне. Научится смирению.
— Надеюсь, леди Ламия, вы поразмыслили, и у вас уже появился ответ.
— Безусловно, но… может партийку, — я улыбнулась эльфу и указала на шахматы.
Ну что ж братец, будь лапочкой, свали, пожалуйста, твоя сестренка собирается выигрывать спор. Уж больно соблазнителен приз. Ни дня уборки более и каждое утро завтрак в постель. Кажется, это мечта каждой женщины.
— Я предпочитаю немного другие шахматы. Быть может, вы согласитесь переместиться ко мне…
— Чего, блять? — раздалось из угла комнаты. М-да… Нибрас не дошел до спальни, замер в дверях. Что ж сегодня за день такой… все так не вовремя!
— Милый, ты шел спать, — напомнила я брату, жестом предлагая Конраду все-таки опуститься на стул. Прошу, никак не комментируй слова Дамьена, прошу… нет, заклинаю!
И на удивление оба мужчины промолчали. Нибрас ускользнул в комнату и со злостью хлопнул дверью — с ним я поговорю позже, — а вот Вольдэри опустился на стул и принялся расставлять шахматные фигурки, весьма специфическим способом. Магией. Завораживающее зрелище.
— А что думаете вы, леди Ламия? — парень склонил голову набок и заглянул в мои глаза. Сука, и кто из нас демон, я или он? Интересно, а спор считается ли выигранным, если я сяду на его крючок, а не он на мой, ведь чисто по логике, если он соблазнил меня, то я — соблазнила его. Нет?
Итак… что думаю я? А я ничего не думаю, я уже сейчас готова согласиться, даже позабыв о том, что конкретно этот мужчина опасен. Он Дозорный, и Дьявол лишь знает, что таится в его доме.
Стоит ли игра свеч?
— Так прям сразу к вам? — решила я все-таки поиграть в недотрогу, будучи демоном.
— Совершенно забываю, что чарующая леди, сидящая предо мной, — демонесса, — он сделал первый ход. Конем. Хм… игра начинает, мне нравиться. Неужели я нашла достойного противника?
— Вас это беспокоит? — я вопросительно вскинула бровь. Сделала свой ход.
— Не имею предрассудков, касающихся расы, — он, недолго думая, со скучающим видом разместил фигурку на поле. — Как и не считаю, что все демоны такие уж плохиши, если вы, конечно, понимаете, о чем я.
— Хм… позвольте тогда полюбопытствовать, а правда ли то, что ваш народ приносит в жертву детей? — я с легкостью сделала свой ход.
— Как и то, что обладательницы вашего имени пожирают младенцев, да? [1]
— Да вы прям-таки знаток! — я хохотнула.
— Мы не убиваем детей, ровно как и вы, леди, не лакомитесь ими. Одна лишь правда в том, что вы мне проиграли, — его алые глаза заискрились, он откинулся на спинку стула. Локти уперлись в мягкую обивку, а пальцы рук сплелись воедино пред его лицом. Он торжествовал.