- Нет. Не сейчас.
- Но тебе придется это сделать. Здесь нельзя жить - только находиться.
- Почему? Тут так спокойно. Мне нравится это место! Я не хочу отсюда уходить! Никогда!
- Как хочешь. - Уголки тонких губ чуть приподнялись. Из-под них вырвались два облака сигаретного дыма и заплелись вокруг держащих мундштук пальцев.
- Как хочешь.
- А Вы? Вы тоже не можете здесь жить?
- Жить можно только там, где есть Смерть. А здесь и ее нет.
- Но что-то же здесь есть?
- Слабак.
- НЕТ!!!
Он пришел вслед за мной по следам от вчерашних грехов
По осколкам стеклянных надежд и несбыточных снов... пустых слов...
Он взял меня за руку, и привел в этот край
Он сказал - вот Игра, в нее никогда не играй...
Миллионы дорог ведущие прямо назад
И Бог бы с ним, с Раем, ты был бы согласен на Ад...
И то счастье, которое здесь всегда надо ждать
Все это Игра, в которую мне не играть.
Он пил со мной чай на вершинах людских пирамид
У подножья зеленых колоссов, садов Семирамид
Те богатства, которые здесь ни когда не достать
Все это Игра, в которую мне не играть.
Бег за стрелкой часов с оглядкою на календарь
Где по сходу с дистанции нас обслужит звонарь
Нужно жить и успеть, чтобы снова и снова бежать
По колесу Игры, которое мне не удержать
Он сказал - ничего, так бывает - обычное дело
Если сердце из шерсти, а душа ниже тела
Если кони страстей понесли - рассудку не устоять
Так пропадают в Игре, в которую тебе не играть
Имя Той, что со стоном зовут задыхаясь во тьме
Ту, что топчут ногами и ищут как правду в вине
Боже, прости, я не знаю где ангел, где блядь!
Я потерялся в игре, в которую я обещал не играть
Врут надетые маски и молчат зеркала
В лабиринте стеклянном не услышать меня
Мой милый друг прости, я не мог больше ждать
Я устал от игры, в которую я обещал не играть...
Глава 13 Аванпост. Каф. Стиракс
- Тени?
- Да. Я - тень, а это значит, что меня не существует. Мои тело и душа - волны и колебания нашего мира. Мои мысли - это рыбки, плывущие вдоль глубоководных течений Его великого океана. Мои действия и решения - не более чем воздушные пузырьки, медленно поднимающиеся со дна к поверхности, где им суждено потерять форму и, слившись с равнодушной атмосферой, исчезнуть навсегда. Мы - случайные эманации нашего всесильного внутри своих стенок аквариума. Я - неуязвим, как неуязвима вода в океане. Пока я не привязан к какой-то форме, ко мне нельзя применить никакие деструктивные понятия. Ведь разрушить можно только информационно устойчивую конструкцию. С другой стороны, не будучи структурированным, я не могу взаимодействовать с другими формами существования и восприятия. Поэтому мои воплощения - смертны, а суть, или если хочешь, душа - нет. А вот с тобой все немного иначе. Ты - из тех, кого заперли здесь намеренно, лишив сил, памяти и всего прочего, что бы там у тебя ни было. И теперь ты, как прочие заключенные, обречен на вечное пребывание в цепях этого проклятого мира.
ab3
Rfc8
Артем смотрел на меня уставшими карими глазами. Так смотрят на женщину, с которой ты только что перешел через бездонный порог близости. Когда страху о том, что ты сделал что-то не так, еще нет места в твоей наполненной легкой пустотой душе. Я до сих пор был в недоумении, как он смог добровольно пустить меня в этот потаенный уголок собственной памяти. Меня, человека, главным оружием которого являются людские слабости и страхи. Теперь было понятно, как его победить, и Артему было это известно. Неясно было только то, зачем он это сделал. Еще одна ловушка? Слишком очевидно, чтобы быть правдой. Чай в кружках закончился, и мы заварили еще. В баре царила тишина, даже Джарекс перестал храпеть, любезно повернувшись на бок. Я осознал, что наш молчаливый диалог длится уже около часа. Но ноты были уже написаны, и нужно было решиться на первый звук. Я начал с до мажора.
- Ты перед всеми прислужниками Сатаны так раскрываешься?
- Нет, только перед самыми гадкими. Ты все равно бы докопался до моих демонов. Мне пришлось бы врать. А давать тебе в руки такое сильное оружие, как мой страх перед правдой, я не хочу.
- Разумно. Но я не понял, а как ты выжил? Восемь этажей дважды хватит, чтобы убиться. Папа помог?
- Нет. Думаю, он не стал бы разоряться на разговор со мной, если б это был действительно конец. Полагаю, что сама беседа состоялась только потому, что он знал - я выживу. Там с седьмого этажа куски арматуры торчали, их ночью видно не было. Я на них упал, и рефлекс сработал. Зацепился, повисел, и передумал. Даже не ободрался почти. Родители и не заметили ничего. Забавно вышло. Хотя, забавным я это стал считать намного позже.